Оля ехала первой, а я следовал за ней и любовался очертаниями, покачивающимися в такт лошадиному шагу. Даже размывающая силуэт снаряга, надетая поверх мешковатой парки, не могла испортить это произведение природы. Резкий порыв ветра сорвал с Олиной головы капюшон, и упругая светло-русая коса хлестнула по статной спине.
Твою мать. Почему я смотрю на неё… так? Почему думаю сейчас совершенно не о деле? Моя девочка.
Глава 42
Материнство. О, как люди с ним носятся. Послушать их, так складывается впечатление, что это прямо святость, передающаяся половым путём. Нет, ну серьёзно. Съездил по роже суке — нормально, сама напросилась. Съездил по роже беременной суке — о господи боже, подонок, мразь, у тебя сердца нет, она ж будущая мать!!! Да. И? Мне её в жопу расцеловать только потому, что кто-то кончил в эту самку, а потом один из сперматозоидов добрался до её яйцеклетки? Вот так заслуга! А дети? Ох-ах, цветы жизни, боженька послал, счастье-то какое! Видел я этих детей только что из пуза — они красные, сморщенные, мерзкие, орут и гадят, настоящие исчадия ада. И кто сказал, что ходячий инкубатор произведёт на свет нечто полезное, а потом будет об этом добросовестно заботиться? Встречал я матерей, которые продавали своих чад за миску похлёбки, а то и самих на рагу пускали. Всё это говно сильно переоценивают. Вот у меня, например, не было матери, и ничего, вырос цельной самодостаточной личностью, органично встроился в социум, ни о чём не жалею, как говорится. Нахер матерей.
Наш маленький кавалерийский отряд неспешной рысью продвигался по неосвещённым улочкам Сызрани в направлении «Чёрного кота», с намерением осмотреться и выбрать огневую позицию. Такое простое и невинное желание. Но разве этот безумный мир может допустить, чтобы всё шло своим чередом? Вопрос риторический.
Едва мы пересекли очередную улицу, предположительно являющуюся границей районов, в придорожных кустах закопошились аборигены, свято верящие, что темнота надёжно скрывает их хитроумные манёвры.
— Четыре тела впереди, — сообщила мне Оля.
— И ещё пять через двадцать метров от них, — дополнил я результаты наблюдений.
— Подыграем?
— Ну, мы же в гостях, будь вежлива.
Как и следовало ожидать, мы беспрепятственно проследовали мимо первой засадной группы и, аккуратно въехав в расставленную западню, изобразили удивление при встрече со второй, когда та, преисполненная гоп-стоп-пафоса, вальяжно вышла на дорогу перед нами.
— Пру-у-у! — натянул я поводья и, развернув Зорьку вполоборота, глянул назад, дабы продемонстрировать, что ознакомлен с ситуацией во всей её серьёзности. — Ох, ёпта! Что за дела, мужики?