Глава 53
Мне снилась мама. Молодая и красивая. Вся в белом. Она лежала на спине, её лицо было чисто и безмятежно, как на иконе. Наркозная маска поблёскивала гладким пластиком в свете люминесцентных ламп, капроновые ремни стягивали тонкие запястья и щиколотки. Изящный скальпель, будто кисть в руках художника, рисовал широкую улыбку на её животе, чуть ниже пупка. Плоть расходилась под бритвенно острым лезвием, как сдобное тесто. Смешанная с остатками околоплодных вод кровь розовыми струйками текла по лобку на серую холодную сталь разделочного стола. А потом красно-синие руки залезли внутрь моей мамы. Прямо в ту самую алую улыбку. Погрузились по локоть. Живот задрожал, заходил, будто там — в этой тёплой мягкой утробе — шла борьба, не на жизнь, а насмерть. Но, в конце концов, красно синие руки одержали верх. Они схватили то, что покоилось внутри, сдавили его, и вырвали наружу. Маленький сморщенный комок плоти, покрытый кровавой слизью. Он орал так, что хотелось зажать уши. Тряс своими крошечными конечностями, похожими на куски гофрированного шланга. Омерзительное нечто. Красно-синие руки взяли инструмент и перерезали пуповину. И нечто заткнулось. Замолчало в ту же секунду, будто поняло, что назад дороги нет, что от этого люминесцентного света, слепящего сквозь полупрозрачные веки, не избавиться, что руки, в которых оно оказалось, придётся принять. Оно открыло глаза. Жёлтые радужки сжались, сократив зрачки до крошечных чёрных точек. Тонкие губы с пузырящейся на них слизью растянулись в жуткой ухмылке… И оно произнесло: «Ну здорова, дружище».
— Кол. Кол! — что-то ударило меня в плечо и вырвало из мерзких объятий Морфея.
— А?
— Ты чего? — хмурилась Ольга сквозь очки. — Чего орёшь?
— Ору?… Да хуйня какая-то приснилась. Блядь… — размотал я шарф и провёл ладонью по лицу, ощущая приятное покалывание щетины и морозного воздуха. — Всё… Всё нормально.
— Точно?
— Полный порядок. Где мы?
— По моим расчётам — километрах в двадцати от Самары.
— Чёрт… Похоже, я долго спал. Но это хорошая новость.
— Есть ещё одна. Пеленгатор поймал сигнал.
— Не шутишь?
— Ты не любишь розыгрышей.
— Как далеко?
— Около семи километров на юго-восток.
— Ушли с трассы? — сверился я с солнцем.
— Похоже. И нам придётся. Говорят, мост через Сок разрушен. Свернём сейчас — будет больше шансов пройти по льду.
— Так сворачивай! Чего ждёшь? — мысли о вновь обретённой ВСС и парочке щегольских кожаных сумок уже приятно щекотали мои нервные центры.
— Ищу кое-что.
— Вдохновение?
— Не совсем, — Ольга ослабила давление на педаль газа, всматриваясь в правую обочину.