Голова Аурелии падает на плечо Лайла, и ее самые синие глаза находят меня, сонная, удовлетворенная улыбка озаряет ее блестящие губы. Мало что в жизни может быть более удовлетворительным, более исцеляющим, чем видеть, как глаза моей Регины закрываются, ее сердце полно удовлетворения, а ее тело полно спермы нашей стаи.
Глава 40
Лайл
Я просыпаюсь на рассвете, в мою первую ночь в настоящей постели за несколько недель. Моя Регина свернулась калачиком вокруг меня, Дикарь свернулся, как ленивец, вокруг ее новой ноги, а Коса лежит под углом у ее головы.
Длиннопалая рука покоится на моей груди, и я любуюсь ею. Я любуюсь ею, ее глубоким дыханием во сне. Длинными, темными ресницами, касающимися ее щек, мягкими, розовыми губами. Она издает маленький довольный звук и прижимается ко мне, зажигая мое сердце и заставляя все казаться правильным. Как будто вселенная снова встала на свои места.
Меня поражает, как сильно я ее люблю. Как сильно мое сердце болело, когда мы были в разлуке, и как исцеляющей была прошлая ночь. Заклинание Коллекционера ощущалось как погребение в проклятой грязи, и никто из нас не мог понять последствий этого, пока оно не было снято.
Чувствовать, как мой бешеный лев снова завладевает мной, похоже на то, как старую рану вскрывают заново. Мы потеряли контроль и позволили другим взять контроль над нами. Это то, что потребует времени, чтобы пережить, но быть вместе с моими сознательными братьями и моей свирепой Региной, несомненно, исцеляет.
Маленькие огоньки из-за моего плеча говорят мне, что Ксандер наблюдает. Как он наблюдал за нами каждую ночь в поместье Коллекционера. Я не помню подробностей, но я помню эти огни и то, насколько они были постоянными. Насколько осознанными. Должно быть, это стало для него привычкой.
Впервые с тех пор, как он разорвал связь с нами, я обращаюсь к его ментальной связи. *«Ты вообще спал?»*
Я чувствую его внимание на себе. И его колебание. *«Немного. И нет, я не хочу, чтобы меня консультировали по этому или по любому другому вопросу».*
*«Я бы и не посмел».*
*«Я хотел бы твоей консультации, Лайл»,* — раздается сонный, волчий голос. *«Мне есть что сказать».*
*«Мы все знаем *это*»,* — тянет Ксандер.
*«Я не думаю, что кто-то может тебе помочь»,* — отвечает Дикарь, но это так слабо, что я даже не думаю, что он полностью проснулся. Ксандер выкатывается из кровати с фырканьем и направляется в ванную. Я наполовину ожидаю услышать, как дверь захлопывается, но вместо этого он так осторожен, что слышен только мягкий *щелчок*.
Что-то в этом глубоко меня трогает. Я смотрю на свою Регину и рад видеть, что она все еще крепко спит. Это, возможно, первый момент покоя, который у нас был за *очень* долгое время. Я прижимаю ее к себе и наслаждаюсь этим, пока могу.