После нескольких встреч у неё в каюте мы стали быстро терять бдительность, обнимаясь вечерами на палубе, или просто касаясь друг друга, когда проходили мимо.

Вскоре я почувствовал неловкость по отношению к другим мужчинам корабля. Единственная женщина в путешествии принадлежит мне. А все остальные сосут лапу, как медведи в зимнюю спячку.

Наверное, по этой причине, уговорил Настю подольше задержаться во втором порту и отпустить людей на пару дней в увольнение, дав им денег на развлечения. Какие именно развлечения, умолчал. Но и так понятно, что на женщин лёгкого поведения.

Порт Дурбан оказался огромен, среди сотен кораблей разных величин, классов и принадлежностей затеряться даже нашей «Жемчужине» было не сложно. Как и раствориться в огромной массе людей на пирсах нашим десантникам и морякам.

Ещё на входе в залив бросились в глаза волнорезы по побережью, как в Крыму. Порадовала обильная зелень по холмам и широкие просторы. Вдобавок, оказалось не так жарко. И теперь порт виделся глотком свежего воздуха после плаванья под палящим солнцем с вонью от накалившегося корабельного железа с испаряющей краской.

На этот раз местных торговых представителей нам пришлось искать самим. На сопровождении настоял Зотов, который отправил с нами трёх крепких моряков.

Как и ожидалось, порт кишит британцами, как гражданскими, там и солдатами в красных мундирах с белой перевязью и белыми ремнями. Здесь же приметили на отдельном пирсе их броненосную эскадру из одного крупного, двух средних и двух малых кораблей. Но это были не единственные военные суда: ещё два средних германских броненосца и один мелкий французский заметили. Наш моряк шепнул на ухо, что французский — это эсминец. По пути подивился деревянным парусникам, коих насчитал целых семь штук в порту. Очень много парусников с металлическими корпусами, тоже довольно интересные экземпляры.

Не менее интересно и местное население.

Очень много чернокожих, вроде рабский труд в цивилизованных странах отменён, но вкалывают они ого–го, таская непомерно. Смотрю на них, как на диковину, в ответ смотрят так же. Лица–то у нас не загорелые.

Только у торгового дома поймал себя на мысли, что прямо впритирку идём с принцессой. Пусть и должны изображать супружескую пару, но что–то уж совсем я заигрался, прижимаясь, как к родной на глазах у наших бойцов.

Я мог сразу догадаться, что по торговым вопросам в порту придётся иметь дело с британцами. Сразу трое деловых джентльмена встретили нас в большом и прохладном кабинете на третьем этаже. Предложили лишь холодного чая.