Прямо в движении прицеливаюсь! Размахиваюсь и луплю!!

Толстая балка встречается с клинком и отделяется, как миленькая. Не сбавляя скорости, пролетаю между стальными тросами, стараясь не зацепиться. Без лишней суеты сразу поддаю тяги и перелетаю ко второй мачте, минуя несколько труб и две огневые точки.

Стремление уничтожить граничит с невольным восхищением от чуда–техники. Как же огромен этот корабль! Недолго и букашкой себя почувствовать даже в мехаре. А ещё подобосраться в кабине от обилия орудий малого калибра, что уже водят своими дулами с огневых точек в поисках меня.

Но в отличие от боя с японцами, здесь полностью владею машиной. Я и есть машина, поэтому вижу всё. Используя конструкции корабля, как прикрытие, умело ухожу из секторов обстрела.

Вторая мачта срубается ценою клинка из–за моей спешки. Первая уже обрушилась, оставаясь висеть лишь на тросах. Главное убедиться, что перебит кабель.

По мне стреляют из винтовок и пулемётов! Пытаются выловить светом прожектора. Звенят по корабельной броне пули, разлетаясь рикошетами, слышны крики боли и бешеные команды на английском. Но в отличие от японских матросов, эти не лезут, наоборот прячутся.

Наружный шум перебивает весь эфир, да и оттуда слышно, что гвардейцы под огнём! Но задача выполняется. Три точки на радаре. Олега ещё не видно, он топит подлодку.

Не стоя на месте ни секунды, прыгаю на рубку! И вгоняю в крышу клинок! Изламываю её остервенело, стараясь повредить, как можно сильнее. Пулемёт начинает хреначить прямо в упор! Рябит панель повреждений! Бьёт по ушам мощно и едва терпимо. Перепрыгиваю на огневую позицию злой, как собака, сминая стрелков.

Как легко оказывается убить человека в агонии боя.

Озираюсь на корабль, где чинит погром Небесная! Со второй мачтой завозилась! Но кричит в эфир, что всё хорошо.

Беспокойство за неё не отпускает.

Но у меня нет времени её поддержать! Спешу ко второму вспомогательному кораблю, который встречает и светом прожекторов и пулемётным огнём сразу из девяти стволов, установленных по всему борту! От целой стены из пуль, приходится уходить к воде и скользить по поверхности, как водомерка, успевая уйти едва–едва от надвигающихся всплесков града пуль по воде. Позади ещё подбавляет дредноут, но чувствуется, что не хочет зацепить своих, огонь сдержанный, больше лупят в море.

Несколько манёвров в сторону и вообще теряют меня из виду, судя по гуляющему свету прожекторов.

Только ворвался на второй корабль, забахали орудия со вспомогательного броненосца, где орудует принцесса! А также с другой стороны стали доноситься канонады. И в груди проморозило! Это не по нам они стреляют, а по Жемчужине. Надеюсь, капитан дал полный вперёд, как условились. Огни точно затушил, их не разглядеть даже с восьмикратным увеличением через линзу.