Прослушав несколько песен, я не стал сопротивляться и позволил Ольге утянуть себя на танцпол. Все остальные тоже долго не сидели. Через двадцать минут после начала наши три пары активно участвовали в общем веселье. Кстати, Саня тоже не скучал в одиночестве. Его вызвала на танец девушка, которую я, кажется, видел в заводской бухгалтерии.

Воспользовавшись предоставленной возможностью, я приблизился к вышедшим из-за стола второму секретарю горкома комсомола и Лиде. Эта танцующая парочка сейчас мне здесь была не нужна, и потому я решил их отсюда удалить.

Громкая музыка мешала концентрации, но я всё равно смог воздействовать на мозг Смирнова дистанционно. Действовал просто и эффективно — бил по площадям. Сначала до предела повышал мозговую активность пациента, затем так же резко снижал её до предела. Это производило интересный эффект. Смирнов в танце то начинал двигаться рывками, то, наоборот, притормаживал, при этом постоянно сбиваясь с такта. Из-за этого он несколько раз задевал соседей и постоянно пытался наступить на ноги удивлённой партнёрше.

Подобное заставило его нервничать. Несколько минут он сопротивлялся, а потом схватил Лиду за руку и увёл с танцпола. Вот только им не повезло. Их столик находился недалеко от танцующих людей, и я смог дотянуться. Махнув рюмку армянского коньяка, комсомольский деятель начал активно закусывать, попутно что-то нервно объясняя Лиде. Но и это не принесло ему успокоения. Опытным путём выяснилось: громкая ритмичная музыка сильно повышает эффект неравномерного воздействия и поднимает его на доселе недостижимый уровень.

Очень трудно сосредоточиться и справиться с собой, когда мозг постоянно подвисает на полсекунды, а потом мысли начинают нестись галопом. Лицо Смирнова стало пунцовым от скачков давления. Сначала он развязал галстук, потом хлебнул коньяка прямо из бутылки, тут же поперхнулся и словил паническую атаку.

В этот момент музыкальная композиция закончилась, и мне удалось всего на полсекунды сконцентрировать воздействие на системе, отвечающей за его мочеиспускание. В тот же миг комсомольский деятель начал непроизвольно опорожнять мочевой пузырь.

Вряд ли это кто-то заметил в раскрашенном цветомузыкой зале, но сам Смирнов точно заметил. Вскочив, он ломанулся в сторону туалета, но, не добежав всего нескольких метров, повернул и выскочил из ресторана. Не ожидавшая подобного Лида поймала мой взгляд, но, не найдя в нём поддержки, взяла сумочку и выбежала вслед за спутником.

— Чего это они? — спросила наблюдавшая за сценой Ольга.

— Не знаю, может, уже натанцевались, наелись и напились, — ответил я, празднуя маленькую победу.