— Ничего, дайте нам время, и мы во всём разберёмся, — пригрозил следователь и принялся перекладывать бумажки по очереди из одной папки в другую.

Голова трещала, но я всё равно услышал несколько мыслей юриста второго класса. Похоже, Горюнову было всё равно, кто виноват. Он просто выполнял приказ начальства. Его раздражала необходимость потратить выходной на поездку в такую глушь.

— На финке отпечатки Реваза. Девушка Лена, которую я провожал, наверняка уже рассказала, что с нами никого не было. И я повторяю, что не пил, в отличие от ваших пострадавших. Думаю, во время допроса вы сами учуяли от них винное амбре. А председатель ещё подтвердит, что у нашей бригады сухой закон.

— Степень опьянения выяснят медицинские эксперты. А ещё скоро придут данные по отпечаткам пальчиков на финке, — строго произнёс Горюнов.

Это должно было прозвучать как угроза, но я усмехнулся.

— Гражданин Соколов, боюсь, скоро вам будет не до ухмылок. И вообще, вы хотите сказать, что смогли справиться один с четырьмя крепкими парнями?

— Как видите, смог.

— И откуда у вас такая подготовка?

— Спорт, служба в армии, отсутствие вредных привычек и работа на свежем воздухе, — снова усмехаюсь, глядя в недобрые глаза следователя.

— Василий Петрович, — внезапно заговорил участковый. — Местных там точно не было. Лена Макарова всё подтвердила. Они шли одни. Получается, сам справился. Дело плёвое, даже превышение самообороны не привяжешь.

— Лейтенант, выйдите! — возмутился вскочивший Горюнов, указав на дверь.

Как только Панфилов вышел, следак выскочил за ним. Он так хлопнул дверью, что она приоткрылась. И я услышал разговор.

— Лейтенант, ты чего вмешиваешься? Погоны жмут? — начал давить Горюнов.

— Мне погоны не ты давал, не тебе отбирать, — огрызнулся участковый. — А нападение с холодным оружием группы лиц налицо. Весь посёлок в курсе, что произошло. Парни из города были в клубе, их видели десятки человек. Никто не мог напасть толпой на грузин. Поэтому не понимаю смысла происходящего.

— Повторяю: холодное это оружие или нет, решат эксперты. Не лезь, лейтенант. Я всё делаю по закону.

Несмотря на весь напор следователя, участковый не замолчал. Ещё в его словах промелькнула издёвка:

— Наслышан я, как в областной прокуратуре всё по закону делают.

— Лейтенант, скажи спасибо, что тот, кого ты имеешь в виду, сейчас в отпуске. Прибудь он сюда, вы бы по струнке ходили и рапорты написали такие, как прокурор прикажет.

Но Панфилова подобными угрозами было не пронять. Я даже зауважал милиционера. Не скрою, вначале испытывал к нему скепсис, навеянный прошлой жизнью. Оборотни в погонах и всё такое. А его следующие слова меня просто шокировали. В хорошем смысле, конечно.