Десятки пар глаз уставились на меня. Надо действовать, смысла тянуть нет.

— Чего столпились? Дайте посмотрю. А ты сбегай к машинам, принеси аптечку, какую найдёшь, — приказываю Рыжему.

Саня исчез, а я опустился на корточки рядом с дядей Колей. Тот лежал на боку, стиснув губы от боли. С молчаливого согласия бригадира аккуратно ощупываю ему поясницу. Мышцы оказались твёрдыми, как камень. Спазм буквально сковал всю нижнюю часть тела. Явное защемление нерва.

— Никаких бань с пчёлами! Сейчас греть и топтать дядю Колю нельзя. Мой дед костоправом был, один приём против защемления показывал. Надо правильно уложить и спину растянуть, — подняв голову, смотрю на собравшихся: — Давайте перенесём бригадира под навес и положим на сено. Там мягко, и солнце так не печёт. Только осторожнее, мужики, без рывков!

Народ принялся помогать бугру. Тут появился Рыжий, передав мне три полупустые аптечки. Кроме йода, бинтов, резиновых жгутов и зелёнки, ничего полезного обнаружить не удалось. Вздохнув, достаю из кармана упаковку анальгина, но так, чтобы никто не видел.

— Дядя Коля, держи, — сую мужику две таблетки. — Это югославское обезболивающее. Из ГДР привёз, я там служил. Сейчас проглотишь, запьёшь водичкой, немного полежишь — и боль как рукой снимет.

Вру без зазрения совести, понимая, что вера в импортную химию сделает своё дело. Падок советский народ на всё иностранное. Дядя Коля, не раздумывая, проглотил таблетки, запив водой из алюминиевой кружки, поданной Витькой.

В этот момент Степан с Натальей привезли обед. Облегчённо вздыхаю, ведь все заторопились к столу. Оно мне и нужно. Я быстро просветил позвоночник бригадира, тут же обнаружив место защемления. Пока никто не подошёл, сразу взялся за дело. В этот раз обошёлся малыми силами, сделав вид, что массирую спину.

— Ох! — выдохнул дядя Коля, а в его глазах появилась тень изумления. — Словно заново родился, Лёха. Спасибо! Руки у тебя золотые.

— А я здесь при чём? Это всё таблетки югославские. Жаль, последние были. Я же немного помассировал защемление, — лицемерно сетую в ответ. — Только ты не обольщайся. Часа два надо лежать. Иначе напряжёшь нерв и будет хуже.

Пусть лучше верит в импортную таблетку. Слухи о чудо-костоправе Соколове мне без надобности. В колхозе новости распространяются быстрее электронной почты.

Мужики пообедали и постепенно разошлись, поглядывая в нашу сторону. Наталья принесла нам еды к стогу. Я же решил расспросить пациента, пока есть минутка.

— Дядь Коль, а этот товарищ Егоров из обкома часто к вам с визитами наведывается?