Держа за руки, проводника поднимают и быстро вяжут руки сзади, пока он смотрит на меня, как-то странно заметно побелевший от ярости.

— Что, думал — всех обманул? Еще нет, не всех, поэтому теперь пойдешь с нами до конца, — говорю я Товеру.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. Какой обман? Почему ты так со мной? Я же вам здорово помог! Теперь вас не догонят преследователи! — соловьем разливается Товер, а я чувствую в нем сильнейший испуг.

'Значит, мы все правильно делаем. Очень он хотел сбежать, а теперь впал в панику, поняв, что его надеждам сбыться не удалось.

— Может не догонят. А может догонят. Вот через пару часов будет ясно, — говорю. — Куда ты нас привел?

— Ничего, проедешься с нами немного. Побудешь проводником не за деньги, а за свою единственную жизнь. Вяжите его и обыщите как следует. Очень тщательно обыщите, обувь снимите, — командую я.

Наемники все исполняют, снимают обувь, невероятно грязную после похода по болоту.

Про нее я что-то понял, когда проводник опустил голову и в его сознании мелькнуло успокоение от чего-то, что он увидел. А смотрел он в тот момент именно на свои сапоги, которые теперь уже мне кидают наемники.

Да, сапоги очень грязные, однако меня привлекает очень толстая подошва на них, слишком толстая. Я ощупываю ее пальцами со стороны каблука и упираюсь в кусок металла, немного торчащий из каблука, с завитушкой на конце.

После некоторых стараний я вытаскиваю из каблука длинное лезвие, очень тонкое и острое. А на лице Товера проскакивает смесь из разных эмоций, последняя из них выражает точно страшное разочарование.

Я показываю всем само лезвие длинной в пять сантиметров с рукояткой-завитушкой, чтобы его можно было держать и еще удобно вытаскивать из каблука.

В самом каблуке сделан вырез под ручку, все выглядит почти незаметно для постороннего взгляда.

— Отлично подготовился, чтобы убежать из неволи, — замечает Шнолль. — Нам бы каждому так себе сделать. Когда руки связаны сзади, ночью опустил их к каблуку, достал мини-стилет и перерезал веревки. Таком лезвием я сам убью кого угодно.

— Боюсь, товарищи, подобное дело — не последний сюрприз, который нас ожидает сегодня, — предупреждаю я всех.

Наемники и лучницы смотрят на меня снова с удивлением, уже четвертый раз за пять минут.

Сначала поразились, когда я предлагал сначала три, а потом целых пять талеров простому мужику, чтобы он проводил нас несколько часов. Затем, когда он отказался почему-то от настолько щедрого предложения. Потом уже, когда сам скомандовал схватить его и теперь, когда снова предсказываю новые проблемы.