Понятно, такую картину вижу только я со своей Системой в голове, а никак не обычные люди. От настолько зримого предупреждения о грозящей им всем опасности я долго не могу прийти в себя.
Как я не уговариваю приятелей сегодня ехать весь день, не останавливаясь, Шнолль и его приятели просто послали меня подальше, а сами завалились к обеду в подходящую таверну на дороге.
В их словах я почувствовал, наконец, явное презрение. Да и вообще отношения серьезно портятся у меня со всеми основными приятелями Шнолля. Пусть Фиала пока на моей стороне, а Терек с Кситой благоразумно не лезут в разборки.
Зато остальные члены нашего коллектива так же презрительно-недоуменно смотрят на меня и мои хлопоты, чтобы спасти их от неминуемой гибели. Хотя того же Терека я смог убедить ментальном воздействием не уходить с Кситой на ужин, ну и Фиала тоже постаралась, серьезно поговорила с сестрой.
И потом серые контуры вокруг их тел почти развеялись, а у всех троих наемников, наоборот, явно налились темно-серым цветом.
«Значит, они идут прямой дорогой к своей неизбежной смерти!» — понимаю я отчетливо.
Зато Ксита с Тереком понемногу отходят от нее, костлявой, слушая меня и Фиалу. Как-то вот так все выглядит с моей точки зрения.
«Получается, подобное дело вообще не неизбежно — что смерть придет именно сегодня. Значит, можно ее обмануть, если знаешь, как такое правильно сделать. Те, кто слушаются сейчас меня, уходят от нее, остальные только приближаются все быстрее», — просто наглядно вижу я.
Подобная серая рамка — только предупреждение, умеющий уши — да услышит слова откровения!
Глава 24
К вечеру мы оказываемся уже где-то серьезно в предгорьях.
— Еще несколько дневных переходов и окажемся на территории Вольных Баронств, — довольно замечает Терек.
«Вроде уже совсем близко оказались к спасению, но все с погоней обстоит уже не так, как кажется моим спутникам», — грустно вздыхаю я.
Терек обращает внимание на мой печальный вздох, но спрашивать ничего не спрашивает, не хочет снова услышать от меня ругань на его троих приятелей. Но я ругаться тоже не собираюсь, они уже приговорены самой судьбой к скорой смерти.
«Однако мы все там точно уже не окажемся, в тех самых Баронствах, мне совсем не известных. Ведь только частью нашей компании еще можем добраться в какое-то светлое будущее. Точно еще пару дней назад могли свои жизни спасти наемники, оказавшиеся сейчас заключенными в серых рамках, а теперь уже поздно. И любое взаимопонимание вообще разладилось, и рамки почернели заметно, налицо процесс скорой погибели», — признаю я бессмысленность любых уговоров.