Мне все подобное очень нравится, однако уже светает, я отправляю девушку на вторую телегу возницей, накидываю уздечки на оставшихся лошадей.
Да, вот так было у нас сразу пять подвод вместе с той, которая нам досталась в наследство от Товера. А теперь всего две осталось, даже мне с Птицей не трудно их приготовить к отъезду. Мы уже выезжаем, когда приходит покупатель Птицы с своим товарищем.
Отдаю ему в руки веревку от связанного мужика, снова ничего не понимающего, получаю десять монет и нахлестываю лошадку, торопясь отъехать подальше от таверны.
Скоро проснутся наемники и поймут, что нас обокрали злодеи, судя по всего двум оставшимся телегам и семи лошадям. Да еще и верного работника Птицу украли в довесок ко всему движимому имуществу!
Он сам тоже начнет голосить, пока не получит могучей рукой по затылку от нового хозяина и его приятеля.
Поэтому скорее в путь!
Глава 23
Да, пробуждение у моих приятелей вышло довольно неожиданное и на редкость буйное для меня. Когда Грипзих поднял голову, чтобы найти свою лошадь и не увидел ее, сразу начался концерт по заявкам для зрителей и слушателей. Пришлось остановиться на краю какой-то рощи и выслушать массу неприятных слов про себя.
И от него, и от Шнолля, и от Вертуна, только Терек промолчал, догадываясь про себя, почему я так сделал.
Девки смотрят испуганно, не собираемся ли мы хвататься за оружие, потому что я тоже не стал себя сдерживать и выложил всем, что я про них думаю.
— Да сами вы виноваты! У каждой таверны останавливаетесь, как дети малые! Договорились же никуда не заезжать два дня! И хрена ли вчера вы учудили? Обещали — теперь расхлебывайте! — отрезаю я сразу, чтобы не думали, что буду извиняться.
Если дело до схватки дойдет, если кто-то обнажит против меня оружие, просто вырублю из сознания. Потому что мне ловить в стандартном поединке вообще ничего против искушенных наемников. Снесут и даже не заметят, в подобном исходе я абсолютно уверен.
— Да я к этой лошади привык! — начинает стонать Грипзих.
— Ты наемник или где? За три всего дня привык? Ничего, к другой так же быстро привыкнешь! — отрезаю я сурово, успокаивая гнев мужика ментальным воздействием. — Что покупали, то и продал, впаривать других лошадей не было никакой возможности!
Тут к разборкам подключается Шнолль, а я понимаю внезапно, что не могу на него воздействовать точно так же, как на того же Товера. Остальные наемники поддаются ментальному воздействию и постепенно успокаиваются от моих объяснений, а мелкий мечник вообще не собирается останавливаться, все громче распаляется, вспоминая свою любимую кобылу.