А тут, как только скрылись из виду с опасным переходом через чертово болота, так нужно снова обязательно всем заинтересованным товарищам немедленно подать весть, что мы опять нашлись. Хлопнуть дверями погромче, чтобы во все стороны полетели донесения.

Что пропавшие из виду бунтари и бандиты нашлись где-то здорово впереди, каким-то непонятным образом оторвавшись от погони еще на пару дней пути.

— Ты, это, тише про дружинников, — шиплю я ему. — А то еще спросят, куда те самые дружинники потом подевались.

— Пошли с нами, он присмотрит за лошадьми и накормит их, — кивает он головой на нашего последнего рабочего мужика, которого все зовем по прозвищу Птицей.

— Он-то присмотрит за лошадьми, только вот кто за ним самим присмотрит? — отвечаю я ему и машу рукой. — Ладно, идите, только не бейте никого и не убивайте. Ты за это отвечаешь!

Мужик наш постоянно думает о побеге, похоже. Однако рисковать сильно не хочет при этом, поэтому еще с нами остается. Я понимаю все его мысли, когда он опасливо кидает взгляды на меня и наемников, как бы примеряясь к побегу и привыкая к этой мысли, что останется совсем один в чужих краях.

Терек соглашается быть старшим над приятелями, быстро поднимается на широкое крыльцо таверны и исчезает следом за зашедшими уже наемниками.

— А где девки? — спрашиваю я внимательно смотрящего за происходящим мужика-помощника.

— Так они одежу забрали и в хлев пошли, — машет он в сторону раскрытых дверей деревянного сарая.

Понятно, и эти красотки тоже с восторгом переодеваются в свою кожу, чтобы оказаться самими крутыми и красивыми на сегодняшнем застолье. Только я про такое подумал, как лучницы выскочили из хлева, весело смеясь и хихикая.

— Ага, конюху сиськи уже показали? Чего такие веселые? — торможу я их. — Так, подруги, держитесь с Тереком рядом, если что начнется, меня зовите.

Девки серьезно мне все обещают, они хорошо рассмотрели, как я в одиночку позавчера решил исход всей драки в таверне в нашу пользу. Один удар — одно тело без сознания.

На всякий случай я ментально придавливаю на Фиалу, чтобы она сразу же бежала ко мне с первыми признаками опасности и отпускаю лучниц. Заранее формирую ее мысли в правильном направлении.

С ней у меня понемногу вырабатываются более доверительные отношения, за что Ксита ее частенько поддразнивает, когда я не слышу их разговоры. Разговоры я не слышу на самом деле, однако направление, в котором работают мысли девушек вполне хорошо понимаю даже издалека.

«Все хотят большой и чистой любви с прекрасным принцем! Или хотя бы авторитетным вождем!»