— Ну что, ты доволен? — поинтересовался он.

— Ты даже не представляешь, какое разочарование у меня вызываешь, — ответил я, продолжая срывать с него маски — одну за другой. — Они отвергли тебя. Отступника для стихиалиев, — сфера во мне продолжала подбрасывать топливо в печь. — Древний. Такой могучий. Но глубоко в душе обиженный мальчик.

Противник поморщился.

Каждое мое слово, каждый комментарий — все это било точно в цель. Потому что было правдой.

— Поразительно. Столько планов, столько многоходовок и сложных партий, но все сводится к такой банальности, — произнес я. — Ты чувствуешь себя преданным. Хочешь прорваться к ним. Отомстить. Заставить полюбить себя через силу. И заодно с моей помощью продемонстрировать остальным, что в своем проклятии ты не одинок. Что твой проклятый путь может стать тропой.

— По которой ты идешь, — подмигнул Окрус, тяжело вздохнув. — Отцы и дети, Влад, отцы и дети. Не стоит недооценивать ту страшную боль, которую могут причинить ближайшие родственники. Как и не стоит недооценивать тоску об утраченном рае, — «брат» улыбнулся. — Но я рад, что в конечном итоге мы войдем в его врата вместе.

— Хватит.

Сфера внутри резко сжалась. Я почувствовал, как вся ее энергия собирается в одну точку, готовая вырваться в любой момент.

И ударил в последний раз.

Молнии сомкнулись вокруг стихиалия черным коконом. Пространство, где он стоял, скукожилось как сожженная бумага, образовав в воздухе темную мерцающую рану.

Я создал разлом. Брешь в самой реальности, утягивающую Окруса обратно в ад.

— Вон из моего мира.

— Разумеется, не конец, — успел сказать он. — Но на сегодня… достаточно.

И исчез.

Брешь затянулась. В лицо дохнуло озоном и чем-то еще, чужеродным.

Сфера внутри меня стихла — успокоилась и затаилась, словно сытый зверь, отправившийся спать в глубину пещеры.

В то время как я по какой-то неизвестной причине ощущал себя не победителем, а, наоборот, проигравшим.

— Влад… — позвал танк.

Я обернулся.

Герман стоял там же, где и был. Щит в руках, меч опущен, лицо — растерянное, но живое. Рядом — Глас, рот приоткрыт, глаза расширены. За ними — Мозес, Локо, Илай, Август. Все целы, все на ногах.

На секунду я поверил, что мы выкарабкались. Одолели того, кого победить было невозможно.

А потом увидел — на их доспехах шевелятся черные искры.

Тонкие, как волос, молнии. Их было много. Они ползли по металлу, по коже, по воздуху. Те самые, что сыпались из меня, когда я атаковал Окруса. Те, на которые я не обращал внимания, потому что тогда для меня существовал только он.

— Не двигайтесь! — заорал я.