— Я… тоже? — неуверенно спросила она, поглядывая на меня вопросительно.

Искала подтверждения. Хотела понять, правильно ли поступает, присоединяясь к нам.

Чешуя проследил за этим обменом. Его лицо менялось — от злости к задумчивости.

Лейтенант выдохнул через нос.

— Молодцы, — кивнул он, скрещивая руки на груди. — Меньше от своей группы и не ожидал.

Прошёлся вдоль нас, изучая каждого.

— Хорошо, — произнёс он, не оборачиваясь. — Я отдам все бумаги на вас.

Пауза.

— Также вы получаете специальный допуск каждый на покидание корпуса для расследования и ведения дела.

Развернулся к нам лицом.

— Но… Если узнаю, что используете это для себя… Василиса Игоревна получит рабский ошейник, изъятие ядра и пойдёт работать в публичный-государственный дом. Уверен, что ей очень понравится.

Мамонтова побледнела. Её кулаки сжались. Зубы скрипнули, но она промолчала.

— Господин Матросов… — Чешуя перевёл взор на Бориса. — Шахты и тьма до конца жизни.

Матросов не дрогнул. Только кадык дёрнулся, когда он сглотнул.

— А Большов…

Офицер сделал шаг ко мне, наклонился, смотря прямо в глаза. Чувствовал его дыхание на своём лице. Я начал раньше, чем он договорил.

— Наручники снимете, — протянул руки вперёд.

Слушать угрозы от человека — последнее, что мне интересно. Что он там собирался придумать? Пытки? Казнь? Экзотические наказания? Плевать.

Чешуя распрямился. На его лице мелькнуло удивление, быстро сменившееся чем-то похожим на раздражение.

Потом он усмехнулся и кивнул агентам у двери.

— Снимите с них наручники.

Двое мужчин подошли. Первый занялся Матросовым, второй — Мамонтовой. Ко мне подошёл третий, достав ключ из кармана.

Щёлк. Металл разомкнулся, освобождая запястья. Потянулся. Позвоночник хрустнул в нескольких местах. Руки подняты над головой, мышцы растянулись.

Ядро тут же заработало на полную. Энергия хлынула по нервным каналам, заполняя каждую клетку тела. Тепло разлилось от позвоночника вниз и вверх. Мощь вернулась в мышцы, кровь забурлила горячей волной.

Магия вернулась.

Встал со стула. Агенты инстинктивно отступили на шаг, руки потянулись к автоматам. Посмотрел на них. Расслабьтесь, муравьи. Если бы я хотел действовать, вы бы уже не дышали.

Матросов уже держал в руках какие-то бумаги. Документы, которые принёс с собой офицер. Борис пробегался по строчкам, губы беззвучно шевелились.

Мамонтова тоже поглядывала через его плечо, но без энтузиазма. Скорее для вида, чем из реального интереса к содержанию.

А я? Толку ноль с моей способностью читать в этом теле. Буквы всё ещё плясали, складывались медленно. Проще было бы попросить кого-то прочитать вслух, но показывать эту слабость перед Чешуей? Нет уж.