— А-а-а… — застонал Коля.

Идиот начал приходить в себя. Кольцова тоже над ним поколдовала. Вообще в медкорпусе было почти десять человек разной тяжести ранений. Мы с Николаем самые здоровые.

Сегодня не только наша группа участвовала в посещении аномалии и встрече с гигантами. И судя по тому, что услышал, там много кто пострадал. Я со своими даже выделился.

Пузатов заскакивал с улыбкой до ушей. Бубнил что-то про успех и возможную награду, но её, скорее всего, не будет. Потому что напали на своего.

Успех в миссии перечёркивается нарушением дисциплины. А ещё в этом виноват лично я. Почему? Лидер должен был их остановить. «Обожаю» эту человеческую черту — скидывать ответственность на других.

Спросил у него, где мой трофей. Его забрали, суки. Это же часть гиганта. Пойдёт куда-то там. Внутри даже кольнуло от этой информации.

Закинул ногу на ногу и руки за голову. Лежал себе тихо и никого не трогал. Воин должен знать, когда сражаться, а когда отдыхать.

— Володя… — прозвучало рядом.

Открыл глаза. Коля пялился на меня одним глазом, что не так заплыл. Рожа в два раза больше, чем должна. Нос как у обезьяны. Губы — фарш.

Результат коллективной «справедливости».

— Лучше уйди, — зевнул. — А то убью.

— Я… — замялся паренёк.

Голос хриплый, искажённый разбитой губой. В глазе мечется что-то болезненное — смесь стыда, отчаяния.

— Почему же вы такие тупые? — искренне поинтересовался.

— Я не хотел никого подставлять, — продолжил он.

Классическое начало оправданий. «Я не хотел» — попытка снять с себя ответственность.

— Плевать.

— Просто… просто… Ни хрена оно не просто, — заскрипел он зубами. — От тебя хотят избавиться?

А вот это интересно. Он решил делиться информацией? Чувство вины? Попытка реабилитироваться? Или просто отчаяние.

Повернул голову и кивнул.

— Меня тогда вызвал Патрушев, — хмыкнул он, и из губы потекла кровь. — Приказал, чтобы на вылазке я сделал что угодно, чтобы ты сдох.

Поднял брови. Меня уже так «любят»? Поэтому глава корпуса себя так странно вёл?

— Мне предложили рекомендацию, чтобы я смог поступить к военным, — тихо произнёс Коля. — А мне это очень нужно. Понимаешь? Очень!

— Плевать, — повторил.

— Моя семья… Мы должны деньги одному ростовщику. Меня готовили, чтобы я стал военным. И у меня не вышло. Отец не может выплатить, он простой пекарь.

— Мне поплакать? — склонил голову.

— Делай, что хочешь! — выпрямился Коля. — Я просто говорю как есть. И что дальше?.. Всё равно. Если мы не отдадим деньги, то мою семью закрепостят. Сделают рабами. Понимаешь? А у меня сестра старшая. Вот-вот замуж выйдет хорошо. С понижением статуса…