Поднял взгляд.
— До этого не было ни одного аномального за пять месяцев. Понимаешь? Что-то меняется. Что-то неправильное лезет из аномалий. И Патрушев с начальством делают вид, что ничего не происходит.
— Меняется не только это, — подхватила Василиса. — Мои знакомые из разведки доложили… На севере, у аномалии пятого ранга, вчера пропал целый патруль военных. Не живцов-новичков, а элитных боевых магов Империи. Просто исчезли. Вместе с ними пропала сетка, сдерживающая аномалию.
Встала рядом с Матросовым, глядя на карту.
— СКА оцепило весь район. Засекретило информацию. Но слухи ползут. Говорят, из аномалии вышло нечто… новое. То, чего раньше не видели.
Слова звучали издалека. На меня накатывала слабость. Побочный эффект зелёнки? Организм работал на пределе, восстанавливая повреждения. Требовал отдыха. Глаза начали слипаться, мысли путались.
Долбанное слабое тело… Нужно принять ещё один кругляшок, как выйду отсюда. И отдохнуть хотя бы час перед утренней тренировкой.
— Мы хотим понять, что происходит, Володя… — голос Матросова звучал приглушённо, словно через вату. — Почему аномалии меняются. Почему гиганты становятся другими. Что готовится? Мы последние люди на планете, и никто не хочет стать кормом.
Моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Комната слегка плыла.
— И мы тут подумали, — продолжил Борис. — Нам нужен постоянный живец твоего уровня. Кто-то, кто выживет там, где другие сдохнут.
Матросов подошёл ближе. В глазах читалось предложение.
— Мы предлагаем тебе халтуру. Постоянную работу с нами. Хорошие деньги, доступ к ресурсам — ядра, зелёнка, оружие, информация. Взамен — твои навыки и полное молчание. Что скажешь?
Предложение было выгодным. Слишком выгодным. Доступ к аномалиям, ядрам — именно то, что мне нужно. Вот только я не люблю торопиться.
— Я подумаю и отвечу.
Матросов кивнул, но Василиса уже двигалась к двери. Быстро, почти неуловимо. Воин во мне напрягся.
Глава 14
Хмыкнул. Ударил себя в больную ногу, чтобы прогнать это состояние. Мозг отказывался думать и шевелиться, ещё и эти прицепились.
— Ну! — кивнула Мамонтова, скрестив руки на груди.
— Гну, — ответил я, специально растягивая звук.
Борис приподнял бровь. Василиса резко выпрямилась.
— Ты охренел? — к меня шагнули.
Матросов смотрел и не сводил взгляда. Крайне мутные персонажи. Какие их мотивы и цели? Контрабанда и что-то патриотическое? Что-то не вяжется.
Борис достал из пепельницы недокуренную сигарету, покрутил в пальцах. Раздавил её, выпрямил и засунул в рот, не закуривая. Запах холодного табака смешался с затхлостью.