В памяти Володи не было наказаний за слова. Только если оскорбления в адрес аристократов, военных и прочих власть имущих. Остальные могли болтать без умолку и не бояться за свою жизнь.

Как они выносят всё это? Разговоры. Боль. Чувства. Переживания…

— Нужно было тебе остаться ещё в больнице, — сказал Чистяков. — Тебя словно контузило, странный очень. Не таким тебя описывала Маруся.

— Да? — повернулся. — А каким?

— Умный. Эмоциональный. Чувственный. Ответственный. Переживающий. Справедливый, — выдали мне список слов.

И ни одно меня не характеризовало. Даже «умный» не про меня. Я мудрый… Был. Такие описания нужны слабым и беспомощным, чтобы их приняли другие, уважали, ценили. А зачем это Титану? Балласт, что тянет вниз.

Но хуже всего, что всё это я чувствовал в себе, эти качества. Володя… Володя… Вот же ты мне оставил «человеческое наследство».

Начал копаться в знаниях тела. Мне требовалась информация и особенности этого мира, а то Игорь косится на меня, как на больного.

Семьсот лет назад в этот мир хлынули монстры. Тут их принято называть гигантами, подробностей нет. Придётся узнать самому. Словно по чьей-то указке сразу во все страны. Двадцать лет борьбы ни к чему не привели и люди бежали.

С этого времени их история сосредоточена только на Российской империи. Люди отступали всё дальше на восток. Все, кто выжил, ушли на Камчатку, как её тогда называли. Маги взорвали часть, что соединяла её с материком.

И теперь это плавающий остров в океанах. А за его маршрутом следит и управляет имперская семья. Теперь Камчатку называют Новый дом. А Русская Империя стала Последней Русской Империей или П. Р. И.

Поэтому я почти не почувствовал тут людей? Что с другими людьми этой планеты — неизвестно. Последний раз была война с Японией. Четыреста лет назад, когда остров прошёл очень близко.

— Володя? — позвал меня Чистяков. — Постарайся себя проявить. Если ты сможешь показать пользу в бою с тварями, то тебя заметят. А если кому понравишься, то, может, и руководящую должность дадут. Тогда Медведев ничего не сможет тебе сделать. Обзаведёшься связями. Найдёшь союзников. И тогда ты ударишь!

— Угу, — кивнул.

— Маруся… Прости, что я так отреагировал, — повернулся ко мне мужик. — Она мне как дочь была. Моя умерла и она заменила мне Вику. Пусть и видел Марусю всего несколько раз, но сразу к ней привязался. Она так часто мне писала, что я. И я тебя не виню. Поверь она тоже. Будь там я, не справился бы с твоим братом. Он маг как-никак.

«Мляха, мужик… Да заткнись ты хоть на секунду!» — хотел я это произнести вслух, но моё тело не позволило. Словно часть меня уважала дядю Маруси и не хотела его задеть или обидеть. А ещё я почему-то должен быть благодарен, что он мне помогает.