— Вполне вероятно, — согласилась Мурина. — Считается, что, чем больше интерпретаций может породить произведение искусства, тем оно лучше.

— Справедливо. Вы меня пригласили обсудить скульптуру?

— Отнюдь. Прошу прощения, — женщина встала, поправила чёрное платье и повесила на плечо расшитую бисером сумочку. — Мне нужно ненадолго отлучиться. Пожалуйста, оставайтесь здесь, Ваше Сиятельство.

С этими словами она двинулась к выходу, цокая каблуками и покачивая обтянутыми искусственным шёлком бёдрами.

Так, похоже, сейчас состоится встреча, ради которой я приехал. Надеюсь, мне удастся познакомиться с истинным кукловодом красной агентуры, а не подставным лицом. Впрочем, это вряд ли. Юматов не станет так рисковать. Ему слишком важно заполучить маркиза Скуратова, национального героя, в свои ряды.

Не прошло и пяти минут, как в зале появился невысокий мужчина лет пятидесяти, одетый в твидовый пиджак, клетчатую рубашку и галстук-бабочку. Когда он подошёл, я увидел приколотый к нагрудному карману бейджик, утверждающий, что его обладатель — директор этого самого музея, Лыков Сергей Витальевич.

— Прошу прощения, Ваше Сиятельство, — проговорил он, поклонившись. — Мне сообщили, что вы почтили своим визитом наш музей, и я решил лично засвидетельствовать своё почтение.

— Благодарю, — ответил я, пытаясь понять, тот ли это, кто мне нужен, или директор просто подошёл обменяться любезностями с известным аристократом. — Я тут кое-кого жду.

— Наверное, ту очаровательную даму, которая несколько минут назад отсюда вышла? Боюсь, она почувствовала себя дурно и не вернётся. Я видел, как за ней приехало такси.

— Что ж, очень жаль. Мы обсуждали эту скульптуру.

— Весьма любопытный экспонат. Вы позволите присесть с вами ненадолго?

Я кивнул.

— Прошу.

— Спасибо, — Лыков опустился на место, которое прежде занимала Мурина. — Что вы увидели в этом? — спросил он, указав на детей с шариками.

Я вкратце пересказал наш с журналисткой разговор.

— Тонко подмечено, — улыбнулся директор музея, выслушав обе интерпретации. — Эффект достигается противопоставлениями «воздух — камень» и тем, что тяжёлые шары держатся на тоненьких ниточках. Есть ощущение тревожности во всём этом, не правда ли?

— Разумеется. Признаться, не думал, что современное искусство сможет меня заинтересовать. Но вот эта скульптура мне нравится. Сколько она стоит?

— Экспонаты музея не продаются, — вежливо улыбнулся Лыков. — Но я рад, что они вам нравятся. Вот вы сказали, что здесь представлена эволюция. С прогрессом накапливаются проблемы, как видно по шарикам. Но само по себе современное искусство является революцией. Тем, что случается, когда проблемы становятся настолько неразрешимы, что прогресс заходит в тупик, и приходится уничтожать старое, чтобы на его месте создать нечто новое. Как правило, это приводит к откату назад. Собственно, отсюда и образовано слово «революция» — ре-эволюция. Движение назад, процесс, обратный эволюции.