— Что хорошего в том, чтобы отбросить прогресс назад? — спросил я.
— Ну, когда он заходит в тупик, иного выбора просто нет. Конечно, в отличие от эволюции, которая осуществляется естественным путём, революция всегда связана с насилием. И это не может не огорчать. Впрочем, знаете, кто был первым революционером?
— Не имею представления, — отозвался я.
— Ветхозаветный бог из старой Библии.
— Вы имеете в виду Всемирный потоп?
Директор кивнул.
— Что это, как не перезапуск?
— Да, наверное, вы правы. Вот только революцией назвать это нельзя.
— Отчего же?
— Революция всегда осуществляется низами общества. А то, что спускается сверху, властью, называется реформами.
Лыков уставился на меня, словно обдумывая услышанное, а затем вдруг рассмеялся. Правда, очень тихо. Видимо, по привычке не нарушать торжественную атмосферу музея.
— Вы очень интересный собеседник, Ваше Сиятельство, — сказал он. — Могу я набраться наглости пригласить вас на ужин? Быть может, вам будет интересно обсудить инвестиции в искусство? Или меценатство?
— Вполне вероятно, — ответил я.
— Тогда прошу, — сказал Лыков, поднимаясь. — У меня здесь что-то вроде апартаментов. Иногда приходится задерживаться допоздна.
Я тоже встал.
— Если вас это не стеснит. Вы ведь не рассчитывали на компанию.
Мы обменялись лёгкими улыбками.
— Ничего, — сказал директор. — Мой повар выдержит этот вызов.
Глава 12
В одном из помещений, похожих на служебное, был накрыт небольшой столик. Похоже, специально для нашей встречи.
Я заметил индейку, овощное рагу, блинчики с творогом. Отдельно стоял кофейник, из носика которого исходил лёгкий пар.
— Прошу, — сказал Лыков. — Чем Бог послал.
— Благодарю. Не ожидал, конечно, отужинать в музее.
— В этом есть своя атмосфера, не правда ли.
Устроившись за столом, мы принялись за еду. Я не спешил, да и мой собеседник лошадей не гнал.
— Как вам? — спросил я.
— Индейка просто тает во рту.
Он кивнул.
— Да, неплохо. Ваше Сиятельство, здесь нас никто не услышит. Можем говорить свободно. Полагаю, вы уже догадались, что наша встреча не случайна.
— Похоже на то.
— Вы хотели узнать, кто управляет агентурой в Камнегорске. Признаться, я долго думал, стоит ли раскрываться. И решил, что да. Вы важная фигура. Так почему бы не рискнуть?
— Не беспокойтесь, Сергей Витальевич, — сказал я. — У меня нет намерения сдавать вас Тайной Канцелярии. Мы договорились с товарищем Юматовым, и сотрудничество с вами в моих интересах.
— Что ж, я рад, что мы расставили точки над «и». Значит, можем работать. Полагаю, вам стоит выступить меценатом по отношению к музею. Это даст повод для наших регулярных встреч. У заведения немало попечителей, и это не вызовет никаких подозрений. К тому же, в музее проходят регулярные выставки, на которых продаются произведения искусства. Советую время от времени приобретать что-нибудь. Это, помимо прикрытия, хорошее вложение денег.