— Может, попробуем ещё раз? — проговорил Свечкин.
— Делайте всё, что считаете нужным, господа, — ответил я.
Когда плита была перевёрнута, они оба уставились на гладкую поверхность. Даже лупами вооружились.
— Ничего не вижу, — разочарованно объявил спустя несколько минут Нурин.
— Как и я, — кивнул Свечкин.
Я тем временем снова и снова перечитывал слова Лаврентия. Не мог избавиться от ощущения, будто мы что-то пропустили.
И вдруг меня осенило!
— Господа, нужно нагреть плиту!
Свечкин и Нурин дружно уставились на меня.
— Лаврентия ведь пытали огнём, — пояснил я.
— Хм… — протянул шифровальщик. — Вполне, кстати, возможно! Раньше довольно часто надписи наносились особыми составами, которые становились видны при нагревании. Камень, конечно, для этого не очень подходящая поверхность, но мы ведь ничем не рискуем.
За десять минут с помощью слуги была организована горелка. Её поместили под плиту, положенную на принесённый с кухни мини-гриль. Втроём мы обступили камень, не сводя глаз с его задней стороны.
Я ожидал увидеть проступающие буквы, но вместо этого спустя несколько минут на граните начали появляться крошечные пузырьки. Вскоре стало ясно, что плита была покрыта чем-то, теперь выкипающим!
— Это воск! — сказал Свечкин. — Я слышал о таком! В камне вырезались буквы или символы, которые затем заполнялись смешанным с каменной крошкой воском.
Они с Нуриным принялись удалять состав из углублений с помощью складных ножей, и вскоре на поверхности плиты уже можно было прочесть вполне определённое послание:
'Книга волчица близнецов глава 2 2 4
4 6 21 10 34 35 6 22 21′
Я поднял глаза на Свечкина и Нурина.
— Есть предположения, что это может значить, господа?
— Ну, я бы сказал, что для взлома этого кода нужна книга, — сказал Нурин. — Не зря же она упоминается. Только как узнать, какая именно?
— Классический шифр, который обычно используют тайные агенты, — добавил Свечкин. — Но без книги ничего не получится. В этом его гениальная простота и, в то же время, сложность.
— Так-так, спокойно, господа. Тот, кто сделал эту надпись, был уверен, что его намёк поймут. Даже если будут заниматься дешифровкой спустя много лет. Десятков лет или сотен — неважно. Значит, он не сомневался, что эта книга будет существовать. Возможно, только она и будет.
— На что вы намекаете, Ваше Сиятельство? — спросил Свечкин.
— Какая книга выпущена максимальным тиражом и продолжает печататься до сих пор?
— Ну… Не знаю.
— Библия! — сказал Нурин. — Обитатели монастыря должны были иметь в виду именно её!
— Согласен, — кивнул я. — Но что значит «волчица близнецов»?