— Я понимаю, но мне от этого не легче, — сказала Этель.
Марк промолчал.
— С другой стороны, — продолжал Дик, — что нам даст, если мы пойдём в стаю Рыжих волков? Они знают тебя лично или твоего отца?
— Говорю же, я встретила вожаков только год назад, и они обсуждали дела не с нами, молодняком, а сами в своём кругу.
— Может, я пойду в стаю Чёрных волков и намекну его отцу, что его сын, эээ... болен, так сказать, — предложил Марк, — а вы пока спрячетесь где-нибудь здесь. Ведь если отец не поверит мне и попытается задержать, по крайней мере, вы сами сможете продолжить путь.
— А это идея, — похвалил Дик Марка, — так и сделаем. Вон там дальше идёт возвышенность в кустарниках, там как раз хорошо видно эту развилку. В случае чего мы заранее увидим приближение любой стаи, и успеем спрятаться.
Часть 7.
А в это время Дамиан, одетый во всё черное, уже сотый раз пересказывал проклятую ночь, которая отняла у него любимую.
Вот он выложил на стол платье жены с разодранным подолом, вероятно, она хотела перевоплотиться в зверя, чтобы в той ипостаси суметь выбраться на сушу, но не смогла. Не осталось даже тела, кроме найденной на болоте одежды.
— Я лично прочесывал место всю ночь, — сказал он, надев на себя всю скорбь мира, его губы подрагивали, появившиеся слёзы в уголках глаз, показывали как трудно ему справиться с эмоциями.
— Я ему не верю, — проговорил Киллиан своей жене, которая не переставала рыдать после услышанной новости. — Моя девочка не могла утонуть в болоте, что бы она там забыла?! Да она на местности ориентируется лучше некоторых! Не могла она сама по своей воле в болото полезть, значит, было что-то, что заставило её это сделать, а он... он не уберёг. Ох, не нравится он мне, слишком уж слащавый. Дурак я был, что дал согласие на брак! К черту эту влюбленность дочери, лучше бы запер её. О, Луна, где моя дочь?! — взвыл он, глядя на небо.
Известие о гибели дочери вожака стаи Белых волков всколыхнуло всех. Оборотни живут много лет, а тут умереть в таком молодом возрасте. Собрание вышло траурным. Скорбь окутала сердца прибывших. Многие жалели вожака Чёрных, потерявшего жену.
А Дамиан тем временем упивался эмоциями. Ему чуть ли не нимб повесили: стараются не задеть его чувств, сочувствуют, а более пронырливые даже тихо обсуждают, на кого он может положить глаз после своей красавицы-жены. Дамиан хищно усмехнулся, скрывая оскал платком. Его вполне устраивало сборище идиотов, которых так легко провести, только отец не посмел появиться на собрание, сославшись на ухудшившееся состояние жены. Вспомнив о матери, Дамиан жалел, что не помог в своё время проститься ей с бренным телом. Мать давно жила в своём мире, где был его старший брат. Так и не приняв известия о его смерти, она жила в мечтах, изредка покидая дом.