Много времени уходило на движение — замирать в тени, если навстречу идет толпа или, наоборот, ускоряться, если встречи можно избежать. Людей на улицах с каждой минутой становилось все больше, а мне досадные неприятности не нужны. По опыту — они как раз и случаются, когда человек идет по чужому району.

«На машине проще», — завел я очередной двигатель. — «Машиной как бы отгораживаешься. Хотя выбить стекло и вытащить тебя — секундное дело. Но ведь, почему-то, работает — через окна смотрят равнодушно, даже если ты белый в китайском квартале».

Оставив третью машину на нужной улочке, позволил себе понаблюдать на залив и цель в нем — водорослей у катера больше не было, моряки ругались, распутывая сети. Трупы лежали в темноте трюма.

Я снова шел по улице, когда что-то гулко ухнуло со стороны залива — почти неразличимо, на границе слышимости, но ночь и вода быстро разносят звуки.

Вновь взгляд сверху — рыбацкий корабль тяжело завалился на левый борт, лебедка с сетями накренилась почти к воде, фонарь потух. На палубе паниковали два мексиканца, под светом ламп снимая крепеж катера. Третий мексиканец полез в трюм.

«Ну же», — приблизил я храбреца.

Вот он — намотав футболку на низ лица, спустился ниже и через дым от пожара после взрыва вглядывается в алое, белое и серое, раскиданное по доскам. Его изгибает в порыве рвоты — и в этот момент он видит кейс.

Шлепая босыми ногами по морской воде, наполняющей трюм, мексиканец ухватил кейс и быстро полез вверх. Корабль уже сильно наклонен, мексиканцу приходится сделать усилие, чтобы добраться до борта с лодкой и прыгнуть в нее. Он так и не отпускает кейс от груди — и из-за этого падает неудачно, нога выворачивается под неестественным углом. К нему спешат подельники, видят его, кейс, смотрят на ногу. Один из партнеров достает пистолет. Короткая вспышка в ночи. Тело сталкивают в море, кейс у новых хозяев.

С движков моторки снимают максировку, заводят все четыре — и спешат по широкой дуге прочь от тонущего, вспыхнувшего под конец огненной вспышкой, судна. Видимо, огонь добрался до запасов горючего.

И тут весь залив будто бы вскипел движением! Вслед моторке, наперерез ей, заводя движки и скидывая ненужные паруса, мчали десятки малых и больших лодок! А с берега, где стояла подводная лодка, быстро набирая высоту, поднимался аэростат.

«Удачи желать не стану», — проводил я беглеца взглядом.

Не после того, как пристрелили своего.

— Четвертая машина, — вслух напомнил я себе.

Раз взрыв прозвучал, монахини уже на берегу. А у меня еще ничего не готово.

Впрочем, к нашему серебристому Форду я вернулся не так чтобы с большим опозданием. Главное, чтобы украденные машины не нашли раньше положенного. Не должны — у местных органов правопорядка сейчас полно дел в порту.