— Очень сильно, — ответил я, борясь с желанием встать и уйти. — Это был неправильный ответ?

— Это был честный ответ, — ответил собеседник, внимательно рассматривая что-то на экране своего компьютера. — Он позволяет мне оценить вашу психологическую зрелость. Как вы думаете, смогли бы вы работать в коллективе с людьми другой веры и цвета кожи?

— Не вижу в этом никакой проблемы. Если вам интересно, то я однозначно против коллективной ответственности.

— Хорошо. Можете ли вы назвать себя убежденным социалистом?

Этот вопрос вызвал у меня серьезные опасения — учитывая не самое однозначное прошлое нашей страны, а также действующие на ее территории законы, он мог содержать в себе чересчур много лишних смыслов. Здесь требовалось проявить некоторую гибкость.

— За последние два века этот термин был успешно обесценен, господин Дитрих.

— Я имею в виду исключительно его первоначальное значение, — понятливо кивнул собеседник. — Благополучие народа, социальное равенство и так далее.

— Не вижу в этом ничего плохого.

— Давайте обсудим вашу аттестационную работу, — неожиданно сменил тему хозяин кабинета. — Вы решили разработать идеологический скелет для военных конфликтов следующего поколения, использовав социалистическую базу в связке с классицидом. Эта концепция разработана сетевым интеллектом?

— Нет, я пользовался сетью только для поиска и верификации нужной мне информации.

— То есть, все озвученные тезисы были выведены вами лично?

— Да.

— Опишите суть вашей работы одной фразой.

— В идеальных условиях реальная эффективность общества напрямую зависит от степени распределения произведенных ресурсов между членами этого общества.

— Как все это может быть связано с войнами?

— Очень просто, господин Дитрих. Если вы захватите некую отдельно взятую страну, уничтожите там всю правящую элиту, а затем начнете централизованно повышать благосостояние ее жителей, то в рекордные сроки завоюете лояльность местного общества.

— Можно узнать, на каких исторических примерах основывается эта концепция? — улыбнулся собеседник. — Она выглядит достаточно наивной.

— Распад Советского Союза в конце двадцатого века.

— Вряд ли этот случай можно считать образцовым. Европейские страны не осуществляли прямой агрессии, уничтожение Союза было обусловлено чисто экономическими причинами, а вместо распределения ресурсов в пользу граждан страны возникла олигархия.

— Тем не менее, отношение простых людей к их давним идеологическим противникам серьезно изменилось, как только на горизонте возникли перспективы лучшей жизни.

— Это явление было обусловлено исключительно культурной экспансией, продажностью нового руководства и массовой гуманитарной помощью, — Дитрих с легким разочарованием покачал головой, а затем сделал пометку в открытом на компьютере файле. — Давайте вернемся к другой вашей концепции.