— Да вот не знаю, порох-то и свинец нынче дороги, — в тон ей ответил Иван, отчего-то глядя не на нее, а куда-то в сторону.

Получилось так, словно парень важничает и набивает себе цену. Причем у него так натурально получалось игнорировать заигрывающую женщину, что это ее еще больше раззадорило.

— Ну пажа-алуйста, — дурачась, начала канючить Ирина.

В ответ на это Иван с силой толкнул княгиню в грудь, отчего она упала навзничь. Толчок вышел настолько резким и сильным, что у нее перехватило дыхание, а из глаз тут же брызнули слезы. Ей было настолько дурно, что она не расслышала ни долетевший звук выстрела, ни раздавшиеся практически одновременно с ним короткое вжиканье и тупой стук свинца в дверной косяк.

Зато сквозь влажные ресницы она видела, как Иван упал на колено, уложил карабин на перила террасы и, подняв прицельную планку, стал куда-то целиться. Несколько ударов сердца, и раздался выстрел. Уж его-то Ирина услышала, успев немного прийти в себя.

— С ума сошел? — с трудом прохрипела она.

Но парень, не обращая на нее внимания, лихорадочно перезаряжал оружие. Когда же это ему удалось, разочарованно обложил кого-то по матушке. И, отставив карабин в сторону, поспешил на помощь к Ирине:

— Жива?

— Что?

— Куда попало?

— Тебе рассказать, куда мне попало и где у меня будет синяк? — приходя в себя и начиная злиться, змеей прошипела княгиня.

Но именно в этот момент на террасу вбежал вооруженный бородач Матвей с донельзя озабоченным видом:

— Ты как, Ирина Васильевна?

— Издеваетесь? Плохо я! Ты чего прибежал?

— Да как же… Так это…

— Не суетись, Матвей, она ничего не поняла.

— Чего я не поняла?

— Стреляли в тебя, Ирина Васильевна, — наконец пояснил Иван.

— Вот, значит, как. Матвей?

— Так и есть, Ирина Васильевна, — подтвердил бородатый крепыш. — Лешка с парнями наметом на коней вскочили и поскакали туда, где дымок заприметили. Может, догонят еще. Хотя и далековато.

— Ты как понял? — Это уже к Ивану.

— Блеснуло что-то. На зрительную трубу похоже. Вот я и присмотрелся. А там гляжу, дымок появился. Ну я тебя и… Извини, времени ни на что иное не было.

— За что извиняешься-то? За то, что жизнь спас? Спаси тебя Христос, Ванюша, — поблагодарила она, а потом, покривившись, помяла грудь. — Посинеет. Как пить дать посинеет. Стрелял-то наугад? Иль видел кого?

— Всадника приметил. Но вроде бы промазал. Далековато. А потом он ушел за урез холма.

Умчавшиеся в погоню вернулись только через час. И, как это ни обидно, с пустыми руками. Впрочем, не с такими уж и пустыми.

— Подстрелил ты его, Иван. Мы кровь нашли. Правда, коли не ссадил с седла, все же несерьезно. Но стрелок как в воду канул. Хотя, может, и в воду. Лошадь мы нашли у реки, а вот самого лиходея нигде не видно. Искали по обоим берегам, вымокли до нитки. Ничего. Прости, княгиня.