— Плавать не умеешь?

— Умею.

— Не любишь?

— Люблю!

— Тогда что не так?

— Купальник, Федя! — дуется она. — У меня нет купальника, — шепчет, удерживая меня, прислонившись вплотную.

— У меня тоже, — ухмыляюсь я, стаскивая футболку и разводя в стороны руки.

А пока Таня на меня пялится, снимаю с себя ботинки и штаны и толкаю свою зависшую клиентку в воду, прямо в этом ей полотенце, в которое её завернули после СПА.

Таня визжит, я конечно ныряю за ней. Кто там знает, как именно она плавает, а утопить свою клиентку, даже если это входит в её планы по самоуничтожению, я не хотел бы.

— Федя! — выныривает Таня, пытаясь и держать себя на плаву и при этом не потерять полотенце.

— Расслабься, детка, — ловлю её и притягиваю к себе. — Ну что не так?

— Просто… просто…

— Что с Егором не так? — в лоб задаю вопрос, понимая, что сейчас она не сможет отвертеться и придумать отговорку.

— А? — так и есть. Хлопает на меня глазами своими красивыми, потом краснеет, смущаясь.

Глаза моментально увлажняются.

— Тут и так мокро, — кладу руки ей на лицо, стирая воду пальцами. — Давай без слёз, а? Танюша…

— Это не правильно, — сдаётся она. — Это… ну… ну… просто он… и я… и ты… и…

— Таня… — целую её, заставляя выдохнуть в меня весьма возбуждённый стон. — Забей, малыш. Всё просто!

— Нет, Федь, — шепчет она. — Это так… что скажут…

— Кто? — удивляюсь я, ещё и осматривая бассейн, где мы вдвоём.

— Это неприлично, — не унимается Таня.

— Главное, чтобы тебе было хорошо, детка! Понимаешь? Не насрать ли на всех? Что тебе до них, когда им до тебя нет дела? Почему ты одна, Тань? Где все те, кого ты так боишься разочаровать, произведя на них херовое впечатление?

Она закусывает губу.

— Людям всегда нужен повод, чтобы насрать кому-то, Танюш, — качаю головой. — Они таким образом себя обеляют. И они всегда, слышишь, всегда найдут, что не так!

— Это…

— Танюш, у тебя почему купальника нет? Ты же не забыла, да? У тебя его вообще нет, так?

Она всхлипывает. И слегка ведёт головой, соглашаясь со мной.

— Почему?

— Я уродливая, толстая… и грудь эта, — пожимает плечами Таня.

— Хуйня какая, — выдыхаю, руки перевожу на грудь. Бля, охуенную, серьёзно! — Грудь эта, — улыбаюсь, сжимая сначала одну потом другую, отчего женщина у меня в руках моментально расплывается от удовольствия, — королевская, понимаешь! Достойная того, чтобы ей восхищались и на неё стояло, а не вот эта херотень — толстая, уродливая… Таня — ты просто невероятная, слышишь? И это мой член тебе уже доказал, а там ещё один член пытался, а ты решила, что…

— Что? — вздрагивает она, когда упираюсь в неё стояком.