— Твоего храма, ты что сбрендил, баронишка? Жить надоело, и вам всем тоже? — обвела она взглядом присутствующих, но я продолжил обозначать свою позицию.

— Теперь ты в курсе и заодно с нами.

— Да щас, выкуси! Я вас всех тут сдам! Всë расскажу, как вы меня похитили и удерживали силой. Меня, доктора магических наук! — она с криком пнула стул и повторным ударом отломала у него ножку.

— У тебя есть два пути. Первый — встать в позу, и тогда это превратиться в заточение, в кучу бессмысленно потраченных дней. И второй путь — согласится работать на меня. У нас имеется всё необходимое для исследований Межмирья, вплоть до собственных виверн. Любое сырьё и туши, скажешь, хоть живыми притащат. Личная лаборатория и что угодно с поверхности принесут (книги, артефакты, приборы), только к привратнику обратись. Изучай на здоровье эпигенетику, или как там она называется, мешать не стану.

— Но взамен? — спросила она, присев на стол.

— Но взамен уделишь больше внимания иллюзорной стихии. Я вижу, что ты уже достигла предела и ничего не выходит — мы это поправим.

— Почему именно иллюзии?

— Для защиты моего города. Ты изучала артефакторику, придумай, как спрятаться. За нами шпионят с воздуха, и я ничего не могу с этим поделать. Развернуть реалистичный купол-морок — единственное, что приходит на ум. Это твоё первое задание.

— А будут и другие?

— Будут, — подтвердил я, — такова моя цена. Ты помогаешь мне, я помогаю тебе — справедливо.

— Это правда, что ты потратил на меня аниму?

— Да, но не весь цветок, только стебель.

— Похоже, у вас тут целый набор из смертных приговоров, — иронично покачала она головой.

— Плевать, впереди ещё столько же, если не больше.

— Как долго мне это носить? — показала она на ошейник.

— Я же сказал, пока не увижу, что ты за нас.

— Ну-ну, мистер ведун.

— Как решишься, передай весточку через Александра, а нам пора.

— Ц, ну и катитесь, — ответила она и забежала в соседнюю комнату, хлопнув дверью.

— Удачи тебе, о мой герой, — Леонид дружески потрепал Чечевичкина по плечу и покинул вместе с нами дом храмовника, а потом и подземелье.

* * *

— Не передумала? — спросил я Марину, когда возвращались в Таленбург, лекаря отправил вперёд, чтобы уши не грел.

— С чего бы?

— Ну как, это ведь не шутки — Пелагея права, нас всех казнят, если узна́ют.

— Так, а чего дëргаться, раз пути назад нет? Судя по размаху, графство тебя не устроит, да и в герцогстве вскоре станет тесно, — она посмотрела на меня из своей транспортной коробки, буднично пожав плечами. — Справимся.

— Я ещë не говорил, как сильно тебя люблю?