— Что делать? Что делать? — чуть отдышавшись, ехидным тоном несколько раз повторил он. — Вот тебе и ответ! Кое-кто мне очень и очень сильно задолжал почти семьдесят лет назад… Проклятый Саласпилс! — название того лагеря, куда его ребенком швырнула война, он выплюнул, как самое страшное ругательство в мире. — Я вам, уроды, покажу «лагерь трудового воспитания».
Казалось, уже давно похороненные им воспоминания о войне вновь пробудились с еще большей ясностью и эмоциональностью… Говорят, со временем многие события или стираются из памяти, или многое теряют. Мол, не надо переживать. Пройдет несколько лет и трагичные воспоминания исчезнут, а останутся только хорошие. Бред! Теслин ничего не забыл за прошедшие десятилетия! Когда у него случался очередной такой приступ боли, он вспоминал проклятый лагерь смерти в мельчайших подробностях. В доли секунды старик снова переносился в прошлое. Он ощущал себя в шкуре малолетнего узника, который то корчился от холода на промерзлых досках нар, то дрожал от страха при очередной сдаче крови. Перед глазами застывали ровные шеренги мертвенно бледных, высохших до состояний мумий, деток, огромными глазками смотрящих в сторону здоровенной алюминиевой лохани с недоваренной брюквой. От стоявшего рядом борова–повара немца слышались то ли насмешливое хрюканье, то ли презрительный смех.
— Господи, я же всех вас сотру в порошок, с говном съем. Понимаете, с говном съем? — шептал он, начиная метаться от одного угла в другой. — У-ни-что-жу…
Теперь, у него появилась цель! Настоящая! Достойная того, чтобы отдать за нее жизнь величайшего из умов планеты! «Раздавлю эту коричневую гадину со всеми ее Саласпилсами, Бухенвальдами, Осенцимами, как тараканов… Только бы сил хватило». Мелькнувшая было мысль про нехватку сил взбодрила, как никогда. Он почувствовал себя, как скаковой жеребец перед стартом на ипподроме. «Сил⁈ Ха-ха! У меня не хватит сил? Я же теперь сам Тесла, Повелитель молний, изобретатель „лучей смерти“, создатель Телепортера! Что мне немцы, Гитлер, Германия⁉».
Честно говоря, до него, жителя XX в. и немного XXI века, только сейчас дошло, насколько страшными знаниями он сейчас обладал. Подумать только великий серб почти всю свою сознательную жизнь целенаправленно избегал использования своих изобретений в военных целей. Он же, напротив, сейчас мечтал именно об этом!
— Они считали Первую Мировую великой войной. Вторую величайшей… Нет, господа-товарищи! Нет! — то ли шипел, то ли рычал Николай Михайлович, продолжая метаться от одной стены до другой. — Вы еще не видели величайших войн! Ха-ха! Я так пройдусь, что мир содрогнется…