Через два удара сердца танк из грозной боевой машины превратился в оплавленный ошметок металла, с торчавшими в разные стороны обрубком танкового орудия, кусками массивных траков и скрюченным в дугу командирским люком.

После уничтожения танка, едва не остановившего атаку бронепоезда, началось настоящее безумие.

Не желая больше рисковать, Теслин рванул оба рубильника на себя, окончательно срывая предохранители капсулятора. Больше рост мощности электромагнитного поля ничего не сдерживало, что сразу же сказалось на выработке плазмы.

Главное орудие, окутавшись голубоватой дымкой, начало полосовать плазменным лучом окружающее пространство. Все, чего касался энергетический хлыст, мгновенно превращалось в лаву.

Первым под удар попали огромные коробки сборочных цехов. Секунду назад казавшиеся непоколебимыми каменными монолитами, они на глазах начали оплывать. Четкие строгие контуры таяли, камень и металл расплывался раскаленными лужицами по земле. Яркими вспышками взрывались запасы топлива и газа. Спотыкаясь и падая, от цехов бежали горящие рабочие. Их крики тонули в громкой какофонии разрывов, хруста.

За полыхающими цехами последовали высокие эллинги, костяками вымерших динозавров возвышавшихся рядом. Их огромные металлические дуги и полукруглые перекладины за секунды складывались гармошкой от нестерпимого жара. Местами металл не успевал плавиться, сразу же превращаясь в жидкость.

В разноголосицу взрывов, грохота и криков вносили свою лепту и танковые орудия других башен бронепоезда. На пределе скорости они выплевывали снаряды в окружающие постройки и здания, создавая непрерывный огненный вал перед составом.

По аэродрому, как тараканы под тапком, бегали летчики и механики, пытавшиеся забиться в пару военно-транспортных Ju-57. Неповоротливые тушки железных птиц даже начали свой разбег по полосе. Один из транспортников, в который плотно набились люди, пробежал до края аэродрома, где с видимой тяжестью оторвался от земли. Летчик сразу же резко крутанул штурвал вправо, стараясь спрятать тяжелую машину за грядой скал. С надрывом ревели двигатели юнкерса, толкавшие его вперед и вверх. Когда же скальная верхушка уже была рядом и спасение транспортника казалось неизбежным, с земли протянулся неровный ярко-красный луч. С высоты он напоминал средневековый фламберг с пламенеющим лезвием, который так обожали немецкие рыцари-наемники. На глазах обезумевших немцев, прилипших к иллюминаторам самолета, раскаленная плазма одним махом срезала огромный кусок скальной породы, тонны которого с грохотом полетели в Балтийское море. С воющим звуком пожирая кислород из окружающего воздуха, плазма металась вокруг самолета. Каким-то чудом адский луч промахивался, выплетая возле железной птицы сложные петли.