— Товарищ Теслина, все равно что-то не то! Искрит все, аж смотреть страшно! — через открытый иллюминатор донесся обеспокоенный крик одного из инженеров, занимавшихся настройкой внешних трансформаторов по правому борту. — Может полярность поменять?
Елена Теслина же была в аппаратной, в которую превратили одну из жилых кают. Именно сюда тянулась большая часть кабелей с внешних агрегатов, замыкавших электромагнитный контур эсминца в единое целое.
— Опять настройка сбоит, — Елена, вооружившись здоровенной, едва ли не полуметровой отверткой с деревянной ручкой, начала осторожно сдвигать один из рычажков на реостате. — Тогда попробуем немного убавить в двенадцатом контуре, а двадцать шестом, наоборот, прибавим.
Несколько сотен самых разнообразных силовых высоковольтных агрегатов нужно было настроить так, чтобы получаемые электромагнитное поле напоминало собой единое плотное пространство, а не рыхлое, дырявое одеяло. А сделать это вручную, настроив больше трех сотен релейных переключателей, было поистине каторжным трудом.
— Гена⁈ — Теслина высунулась из иллюминатора, и махнула рукой одному из инженеров. — Давай еще раз попробуем! Кажется, я нашла проблему! Запускай сначала первый и третий каскад, а потом сразу второй и четвертый! Понял?
Тот тоже в ответ махнул рукой. Вторые сутки уже так перекрикивались, немудрено, что голос сорвал.
— Давай, родимый, давай, — горячо зашептала женщина, не сводя глаз с приборной панели. Неужели и сейчас ничего не получится? Нет, нет, должно все получится. — Ведь в этом все дело. Остальное я все проверила, там все в полном порядке. Давай…
Стрелки десятка приборов — амперметров, гальванометров, вольтметров и других метров — дернулись вправо, отмечая нарастание значений показателей. Сейчас они достигнут пиковых значений и все решится!
— Вроде работает, — еще не веря своим глазам, она подошла к иллюминатору. Нужно было и самой убедиться, что наружи тоже все в порядке. — Гена! Работает! — не сдержалась и закричала она от радости. Теперь точно все — их каторжный труд наконец-то увенчался успехом. — Ура!
Но все равно, освободиться, чтобы немного передохнуть, ей удалось лишь через два с лишним часа. Наладочных работ, по-прежнему, оставалось столько, что с головой могло завалить.
— … А теперь кофе…
Теслина с предвкушение следила за небольшой бронзовой туркой, которую приладила на один из трансформаторов. Тот так грелся во время работы, что отлично заменил собой электрическую плитку. Глупо, конечно, но кофе хотелось жутко. Тем более это был самый настоящий бразильский кофе, которого она с самого начала войны не пробовала.