Сталин поморщился. Совсем не так доказательств он ждал. Нужно было что-то гораздо существенней, чем это. Это разочарование ее ответом, естественно, не укрылось от Теслиной.

— А знаете, Иосиф Виссарионович, Николай кое-что приготовил и для вас. При нашем расставании он так и сказал, что вы будете сомневаться и станете требовать подтверждения его слов. Он просил вам напомнить про торговца Васадзе из вашего детства и то, что вы ему пообещали[1]. Ой…

Трубка из его пальцев выпала и с громким стуком ударилась о столешницы. По зеленому сукну веером рассыпались крупицы несгоревшего табака, пепел. Хозяин кабинета явно не ожидал такого. Ведь, это случилось в его очень далеком детстве, а тот разговор, вообще, был известен только ему и лавочнику Васадзе. Он точно никому ничего не рассказывал, а торгаш уже давно в могиле.

— Если это вас не убедит, то Николай просил назвать вам имя вашего однокурсника в духовной семинарии Лопурева, которого вы часто… — тут она замялась, явно не зная, как произнести следующие слова. — Обижали.

Внешне он почти никак не отреагировал. Могло было показаться, что ее слова совсем не тронули его. Но это было не так.

— Это истории из очень далекого детства, — глухо произнес он, вновь хватаясь за трубку. — Много я и сам уже не помню.

Лукавил. Конечно, он все помнил. Все эти события буквально врезались в его память. Случай с лавочников Васадзе с их села, вообще, помнил так, словно это случилось вчера. Торговец, гнида, всех односельчан обманывал, придумывая несуществующие долги и потом заставляя оплачивать их. Виссарион же, к тому же часто выпивавший, вынужден был часто нести к нему последние копейки.

Лопырева из тбилисской семинарии тоже хорошо помнил. Этот мальчишка, выходец из богатой купеческой семьи, никогда не знал проблем с деньгами. Они по сравнению с ними выглядели настоящими нищебродами, чем тот и пользовался. За какие-то несколько месяцев учебы Лопырев опутал долговыми обязательства едва ли не всех гимназистов, требуя с них деньги или разного рода услуг. Вот поэтому Иосиф его и гнобил.

— Я… Я верю вам… ему, — в какой-то момент выдавил из себя Сталин. — Все говорит о том, что товарищ Теслин каким-то немыслимым образом попал в наше время.

И тут женщина вытащила из кармана какой-то небольшой черный предмет, в котором можно было узнать микропленку.

— Это тоже просил передать Николай.

У Сталина перехватило дыхание. Вдруг стало сложно дышать, словно в комнате исчез весь воздух. Неужели именно на этой микропленке секрет изготовления оружия, которое сейчас громит немцев в хвост и гриву?