Настоятель поднимает глаза к потолку, будто там написан ответ:

— Есть древнее Провидение. Оно гласит, что Король Теней приведёт нас к Великой Истине.

— Провидение… — протягиваю я скептически. — А чьё это Провидение?

— Никто не знает, — отвечает он с нарастающим благоговением. — Это древняя воля. Тьма забытых веков.

Усмехаюсь. Ну не придурки ли? Попасть в такой развод!

— А вы в курсе, что Демоны живут очень долго? Тысячи лет. И, возможно, это как раз Король Теней вас просто развёл как мошенник. Скинул легенду про Проведение — и слился. Он придумал ее на всякий случай — вдруг проблемы появятся, тогда пригодятся шестерки-фанатики, которые выручат. А вы теперь поколениями пляшете под его старую шарманку, как цирковые обезьянки.

— Офигеть! — не выдержала Настя. — Ой, простите….Это что же получается? Бедные гомункулы сотни лет мерзнут в Антарктиде из-за хитрого Демона?

— Это моя рабочая версия, — улыбаюсь же. — Но, уверен, уважаемый настоятель сейчас ее опровергнет.

Настоятель же побледнел. Глаза вылезли, губы задрожали.

— Ты… — заикается он, — ты — глупый щенок! Что ты за вздор несешь! Ничтожество! Жалкий сопляк!…

Настоятеля прорывает на поток ругательств. Видимо, задело за живое. Я даже не успеваю вставить слово — да и, честно говоря, не собираюсь.

И тут Красивая вальяжно запрыгивает на стол. Лапы ступают мягко, почти бесшумно. Она делает пару неторопливых шагов прямо к настоятелю, игнорируя напряжённые вскрики монахов.

Кто-то уже тянется к лампе на поясе. Пара монахов застывает, будто под гипнозом. Один даже инстинктивно ссутулился, словно надеясь стать менее заметным.

Красивая останавливается, повернувшись к настоятелю боком. Медленно, с демонстративной грацией поднимает заднюю лапу… и со всем изяществом тигрицы брызгает струёй прямо в его охреневшую-фанатичную физиономию.

Вот теперь можно официально считать переговоры завершёнными.

— Красивая!.. Ты же леди! — восклицает Настя в ужасе, прикрывая рот ладонью.

— Мурр, — равнодушно отвечает тигрица, качнув хвостом.

Обрызганный настоятель срывается с места.

— УБИТЬ ИХ ВСЕХ! — орёт он, срываясь на визг. — СХВАТИТЬ ФИЛИНОВА!

Монахи вскакивают, как пружины. Выхваченные из карманов лампы вспыхивают, жужжат. Повеяло астральными эманациями. Ох, сейчас будет жарко.

Я тут же рывком поднимаюсь:

— К окну! Отходим! — передаю своим женщинам по мыслеречи. — Быстро!

И ровно в этот момент с грохотом разлетается каменная кладка противоположной стены. В комнату врывается голем — тяжёлый, бронированный, высотой с нашего Юпитера, но не такой красивый. Просто груда камней, слепленных вместе.