— Потом решим эти вопросы, — отмахивается барон и спрашивает меня. — Данила, когда вы приступите к следующей части работы?

— Завтра с утра, Ваше сиятельство, — отчитываюсь. — С камнем нужно работать осторожно и на свежие силы.

— С утра… — протягивает словно бы с недовольством Павел, но не спорит. — Камень водрузят обратно на постамент в подвальной комнате. С сегодняшнего дня у вас шесть дней, чтобы соединить фрагменты и оживить разум моей супруги.

— Я в курсе, — киваю и с замешкой задаю вопрос, который меня немного беспокоит. Всё же я не изверг. — Ваше сиятельство, есл…когда мне удастся вернуть вашу супругу, ее личность останется пребывать в этом камне. Не имея глаз и ушей, в полной тьме. Думаете, это гуманно?

Горнорудов смотрит на меня с иронией.

— Моя супруга — телепат так же, как и вы, только в разы сильнее. Она может использовать наши глаза и уши, чтобы видеть и слышать. И общаться она сможет по пси-связи.

Хм, ну вообще да. Только кто добровольно согласится отдавать в пользование свое тело? Впрочем, за деньги люди на что только не идут.

— Вопросы сняты. Тогда спокойной ночи.

— До скорого, Даня, — машет мне Настя, а Горнорудов ничего не отвечает, уставившись в черный самоцвет.

Ближе к утру я сквозь сон слышу протяжный дикий вой. Интересно, Настя вообще спит когда-нибудь? Похоже, нет. Вот ее мужу повезет.

Потом доносится скрежет когтей у моей двери. Я даже настораживаюсь и извлекаю пси-клинок. Но никто не вламывается, а скрежет позже затихает.

Когда утром выхожу на завтрак, обнаруживаю дохлого зайца на пороге. Вот так номер! Что бы это значило?

Подзываю старого слугу, который мимо проходил, и он с улыбкой убирает подкидыша.

— Госпожа к вам очень хорошо расположена, раз дарит такие подарки, — заявляет старик.

— Вы серьезно? — приподнимаю брови.

— Конечно! — в свою очередь удивляется он. — Разве не видно? Это же заяц! Волки обожают зайцев!

— Да, я тоже смотрел «Ну, погоди!», — задумчиво отвечаю, чем привожу слугу в недоумение. — Но вы приготовьте из него что-нибудь. Не пропадать же мясу.

— Конечно, к обеду сделаем, — кивает старик. — Потушим со сметаной и луком, поперчим.

А на завтраке с семейством Горнорудовых Настя, покраснев, отводит от меня взгляд каждый раз, когда я к ней обращаюсь. Хм, ее так смутил мой «подарок»? Уже сама жалеет? Вообще, для двадцатилетней барышни Настюня очень скромная, несмотря на все ее мини-шортики и откровенные топики. Видимо, сказалась жизнь в уединении. На многие километры вокруг усадьбы ни души. Хотя девушка, наверняка, имеет знакомства с молодыми дворянами Нижнего Тагила.