Парни прикрывают девушек собой, пытаются ускользнуть. Только кто их пустит? «Вожак», оттолкнув намалеванного, властно хватает ближайшую сударыню за задницу, от чего она громко ойкает.

— А ты с подругами останься-ка, крошка, — ржет громила, лапая ягодицы заплакавшей девушки. — Садитесь-садитесь, девчонки… А вы еще здесь⁈ — рыкает он на мнущихся парней.

Я перевожу взгляд на еду. Не интересно. Такое каждый день случается. Либо парни заупрямятся и получат тумаков, либо как трусливый зайцы ускачут. Пятьдесят на пятьдесят.

Настя же продолжает смотреть на разборку. Не обращая внимания, я уминаю гречку с котлетой. Тем временем раздается грохот ударов, крики… Всё же заупрямились.

— Даня, — пораженно смотрит на меня барышня. — Ты разве не хочешь помочь?

— Точно не сейчас. Еда остынет, — закидываю в рот кусочек горячего мяса.

— Но их же побьют, — замечает она. — А девушек вообще… — сударыня краснеет.

— За пять минут ничего с сударынями не случится, — отпиваю я компота. — Не успеют даже раздеть. Тем более, для этого девушек все равно сначала отведут хотя бы из кафе. Не здесь же их будут насиловать.

— А ребят? — смотрит за мою спину Настя вылупленными глазами. Звуки ударов не прекращаются.

— Не думаю, что парней будут насиловать.

— Я про это! Их же бьют!

— Этим полезно по морде получить, — отмахиваюсь. — Мотивационный пинок. Может, потом займутся спасом, обзаведутся огнестрелом, начнут матереть и уже в следующий раз не позволят так скверно относиться со своими спутницами.

— Если не убьют…

— Не убьют, — утверждаю. — В темной подворотне бы убили, а здесь только лишь поколотят. Не то место. Свидетелей здесь хватает. Братки бывалые, шарят. Был бы повод весомый, тогда бы может и не побрезговали замараться, но лишний раз привлекать копов для отмазки — слишком накладно, — я пристально смотрю на барышню. — Меня спрашиваешь, а сама при этом и пальчиком не шевелишь.

Она смущается:

— Я же волчица. Увлекусь и загрызу. А стоят ли они того, никак не пойму.

— Понятно, — я снова оборачиваюсь на концерт.

Потасовка завершилась. Изукрашенные парни уползают прочь. Мда, совсем не герои. Ускользают тихо, стараются даже не хлопать дверью.

Плачущих девчонок же братки усадили на места у стены и загородили собой, чтобы не убежали. Официант принес «Ладыгу» в запотевших стаканах, а также мясную закуску. Братки довольны. Сидят, пьют, ржут, щупают девок за мясистые места. Ну прямо хозяева жизни.

— И полиции не боятся, — Настя шокирована.

— У них всё схвачено. Уверен, с местными копами у них есть общее дело.

— Даня, ты же можешь щелчком пальцев это остановить? — умоляюще смотрит на меня Настя.