Она продолжает, не меняя хода мысли:

— В Эльдорадо с нами должен пойти кто-то из Правящего совета.

Гвиневра замечает:

— Очевидно, это будет не Тьма. Лорд Тень возглавлял её лично, а после того, как король Данила его убил, место так и осталось пустым.

Норомос подхватывает:

— Огонь, Вода и Воздух сейчас далеко. Значит, остаётся только Целитель.

Гвиневра резко кривится и заявляет:

— О нет, только не он! Я не пойду к этому старику! Он опять будет облизываться на мои ноги!

Масаса спокойно спрашивает:

— И что ты тогда предлагаешь?

Гвиневра отвечает со вздохом, откинув назад светлые волосы:

— Хорошо, но только ради короля Данилы.

Норомос фыркает и насмешливо произносит:

— Ну да, какие жертвы ради Его Величества.

Гвиневра мгновенно разворачивается к нему. Она упирает руку в бок, второй резко указывает в его сторону пальцем и с ледяным лицом отрезает:

— Закрой варежку, йети! Я пошла! — и блондинка направляется к двери.

* * *

Шары на моих глазах уже оранжевые, а вот Зенит уже, наоборот, бледный, как поганка, будто поменялся с ними цветом. Скан-зрением я чётко вижу, что шары переполнены энергией и с очень высокой вероятностью вот-вот рванут, тогда весь акрополь разнесёт на куски. Такие вот «тактические ядерные заряды приличного радиуса действия». Чисто технически с ядеркой, конечно, ничего общего не имеют. Структура их очень интересна, но это уже потом разберёмся, не до того сейчас. При этом я понимаю ещё одну вещь: они не автономны. По крайней мере, сейчас штуковинами кто-то управляет.

Итак, управление. Для начала прервём сигнал и поглядим.

К слову, Зенит тоже не стоял столбом. Он протянул к десяти шарам солнечные нити и пытался их образумить, но канал управления уже настроили на стадии подготовки шаров, и сейчас переписать их привычными методами невозможно. Диверсанты явно не вчера родились и знали, как грохнуть старика.

Я накрываю шары куполом из Пустоты и псионики одновременно, в два слоя. Первая отвечает за энергетическую блокаду, вторая — за ментальную, на случай, если у диверсантов припасён такой резервный пульт. Канал схлопывается, поток управления обрывается. Шары застывают и больше не темнеют. Энергия внутри остаётся, но она больше не циркулирует бешено.

Зенит шумно вдыхает:

— Король Данила, что ты сделал?

— А это важно? — не люблю делиться секретами без веской причины.

— Нет, люмены не краснеют, и это хорошо.

Я киваю:

— Ими кто-то управлял. Я заблокировал сигнал…

Договорить я не успеваю. Раздаётся грохот, и тяжёлая двустворчатая дверь вылетает из петель с мясом. Вернее, это пара золочёных рыцарей выбивает её своими телами и кубарем катится по мраморному полу, гремя бронёй.