их как можно скорее. – А что с голосованием? – Скоро узнаем. Глава 2 Вилохвостый коршун (Elanoides forficatus) – удивительная хищная птица с узкими заостренными крыльями и длинным раздвоенным, наподобие ласточкиного, хвостом. Ярко-белые голова и брюшко резко контрастируют с блестящими черными крыльями, спиной и хвостом. Вилохвостого коршуна отличает легкая, парящая манера полета с внезапными пикированиями, и наблюдать за ним подлинное удовольствие. В Южной Каролине вид считается вымирающим. 1988 У дверей бального зала я помедлила, чтобы привести в порядок мысли. Час, на который было назначено собрание акционеров, уже пробил. Я опустила глаза и посмотрела на трость, которую держала в руке, – одну из самых ценных моих вещей, с фигурным набалдашником в виде вилохвостого коршуна, любовно вырезанным когда-то отцом моей любимой подруги детства Кави. Сколько я себя помнила, Уилтон всегда был хранителем и управляющим Мэйфилда, верой и правдой служа нам с отцом. Но мне вовсе не хотелось предстать на этом собрании, имевшем столь важное значение, в образе немощной дряхлой старухи. Я сунула трость под мышку, расправила плечи и кивнула служителю. Тяжелые деревянные двери распахнулись. В элегантном помещении уже ожидало двадцать с лишним членов семейств Делэнси и Чалмерс. Но в ушах у меня настойчиво звучал шепот далекого прошлого. Со светло-бежевых стен на собравшихся взирали портреты предков. Под гигантскими люстрами шелестели голоса Дюбоза Хейворда, Жозефины Пинкни, Алисы Равенель Юже-Смит, Джорджа Гершвина и других людей, веселившихся некогда в этом зале. – С днем рождения! – Отлично выглядите! – Сегодня мой любимый день в году! – Мы счастливы навестить вас в этом чудесном доме! Меня засы́пали поздравлениями. Я заметила в дальнем конце зала Артура и его семью. Сын переходил от группы к группе, пожимая руки, задерживаясь, чтобы посмеяться шутке, похлопывая друзей по спинам и приглашая гостей занимать свои места. Наконец он подошел ко мне и поцеловал в щеку. – Мама, а вот и ты! Готова открыть собрание? – Артур предложил мне руку и торжественно проводил к креслу рядом с трибуной. Помог сесть, наклонился и снова поцеловал в щеку. «И ты, Брут?» – мелькнуло у меня. Артур встал перед трибуной, и болтовня стихла. Поприветствовав прибывших в Чарлстон родственников, он начал с обязательной в подобных случаях шутки. За сим последовало изъявление благодарности совету директоров, а под конец вступительной части секретарь зачитал протокол прошлогоднего собрания. После этого должна