Сначала у меня получалось вести себя как обычно: я трижды проиграла Дэвиду в шахматы и дважды в карты – но какая мне была разница, когда мой самый близкий человек предал меня и весь мой мир был разрушен. К обеду силы стали покидать меня, я с трудом заставляла себя поддерживать разговор и улыбаться Дэвиду.
– Ты выглядишь уставшей, – заметил он. – Ты не заболела?
Я помотала головой, но все же не смогла сдержать слез.
– Прости… Это нервы…
– Иди ко мне, – сказал он.
– Да нет, все нормально! – поспешила успокоить я, но он уже начал приподниматься на подушках, отстегивая трубки. – Стой! Что ты делаешь?
– Иду к тебе! – ухмыльнулся он.
– Ты самый настоящий манипулятор! – возмутилась я, но подсела к нему на кровать.
– Но я знаю, что ты все равно любишь меня! – улыбнулся он. – Полежи со мной.
Он обнял меня и откинул на подушки, так что я уютно устроилась на его здоровом плече.
– Расскажи мне, что случилось, – попросил он.
Я только вздохнула:
– За последний год слишком много всего случилось.
Он погладил меня по руке:
– Я бы хотел как-то помочь тебе…
– Как говорит Пол… – Мой голос дрогнул. – Должно пройти время.
Из глаз опять полились слезы, да так, что я просто не могла их остановить. Дэвид молча поглаживал меня по руке, давая выплакаться. Я плакала и плакала, а когда наконец успокоилась, то сама не заметила, как уснула прямо рядом с ним на узкой больничной койке.
Я проспала несколько часов, пока нас не разбудил Расул, смущенно постучавший в дверь.
– Миссис Кристина…
Он даже покраснел.
– Я хотел передать, что господин Амир ждет вас в машине.
Я подскочила, пытаясь собрать мысли в кучу:
– Боже мой, я уснула!.. Сколько сейчас времени?
– Начало шестого. Я буду в коридоре.
Расул даже боялся смотреть на нас. В его глазах я, конечно, вела себя недопустимо.
– Черт! – выругалась я и накинулась на Дэвида: – Ты почему меня не разбудил?
– Хотел, чтобы ты отдохнула! – рассмеялся он, разминая затекшее плечо.
– Я все тебе отлежала! – беспокойно воскликнула я. – Тебе не больно?
– Нет, все нормально, – успокоил меня он. – Я хоть как-то загладил вину перед тобой за вчерашнее. Не знаю, чем ты занималась ночью? – спросил он, потом тут же смеясь замахал загипсованной рукой: – Нет-нет! Не говори, не хочу этого знать!
– Тебе смешно, а Расул, вон… Даже не знаю, что он подумал, – пробормотала я, думая, что еще больше странностей в один день я не могла совершить.
– А что он мог подумать, Крис? – не понял Дэвид.
– В их видении замужняя женщина, да и любая женщина, не может обниматься ни с кем, кроме своего мужа, – постаралась я донести как можно тактичнее.