– Ох, Пол, я так благодарна, что ты привез меня сюда! – с приятным волнением воскликнула я.
– Здесь ты стала улыбаться гораздо чаще! – заметил он. – Откроем вино?
– С удовольствием!
Я помогла ему вытащить из корзинки штопор и бокалы. Он отвинтил пробку и разлил на нас двоих.
Я вдохнула аромат.
– Надо же, кажется, неплохое… – пробормотала я.
Пол усмехнулся:
– На вкус еще лучше. Этот год у них был удачный, вино плотное с ярким гранатовым послевкусием…
Я с интересом посмотрела на него, но он не заметил моего взгляда, погруженный в процесс знакомства с вином: он медленно прокручивал бокал, периодически поднося его к носу.
– В следующем году мы поменяем технологию, хочу добиться большей мягкости, – наконец сказал он.
– Неужели ты решил сам этим заняться? – спросила я.
Мы столько разговаривали с ним, но я ни разу не слышала от него ничего о вине.
– Мое новое хобби! – засмеялся он.
– Что еще ты от меня скрываешь? – воскликнула я без задней мысли, но он смутился:
– Я готов рассказать тебе все, только спроси…
– Конечно, я знаю… – погладила я его по ладони. – Просто мне жаль, что мы так отдалились друг от друга за этот год. Мне не хватало тебя.
– Я всегда рядом, помнишь? – улыбнулся он, и я улыбнулась в ответ.
Бутылка вина опустела, и мы сами не заметили, как наш разговор стал более откровенным.
– Иногда я думаю, не перебраться ли мне в деревню насовсем, – задумчиво сказал Пол, сделал последний глоток и продолжил: – Я бы ездил в город на два-три дня в неделю, закрывал рабочие вопросы, ходил в театр… А остальное время занимался бы виноделием. Завел бы себе большую собаку, гулял бы каждое утро с ней в лесу…
Я слушала его и понимала, что сама бы о таком мечтала.
– …Хочу построить дом побольше, ближе к краю склона, чтобы из окна были видны виноградники, а этот оставить для семейства Скотт. Ты знаешь, ведь у них трое детей и уже есть внуки…
Он вдруг выпрямился и посмотрел на меня:
– Думаешь, я постарел?
Я рассмеялась:
– Думаю, тебе просто здесь хорошо!
Пол кивнул:
– Да. Я рад, что тебе тоже нравится здесь.
– Думаю, я бы тоже была не прочь заняться виноделием! – пошутила я, но Пол серьезно на меня посмотрел:
– Мне кажется, что никто в жизни меня не понимает так, как ты…
Я молчала. Он дотронулся до моей щеки. В его глазах, серых, почти такого же цвета, как мои, я увидела что-то новое. Его глаза не манили, как бездонные глаза Амира, а дарили умиротворение и радость, мне хотелось смотреть в них вечно. Думаю, он испытывал схожие чувства.
Мы застыли друг напротив друга, но тут мне на нос упала капля, а потом еще одна на лоб. Мы задрали головы и одновременно вскрикнули: