– То, что нас здесь никто не знает! – рассмеялся он.
Я судорожно дернулась, но водитель по-прежнему следил за дорогой, нисколько не интересуясь нами.
– О, боже мой, Пол! Так нельзя! – возмущенно прошептала я, легонько стукая его по бедру.
Он лишь ухмыльнулся и обнял меня.
– В этом городе есть только ты и я, – сказал он, и на его губах заиграла счастливая улыбка.
Его слова взволновали меня, и мое смятение еще больше усилилось, когда швейцар открыл мне дверь моего номера. Комната… нет, целые апартаменты были просто огромными: две гостевые зоны, столовая, полноценная кухня, кабинет и спальня, занимающая почти треть всего помещения.
– Как тебе? – спросил Пол.
Его номер, намного меньше размером, был смежный с моим. Пол уже успел оставить там вещи и вернуться ко мне.
– Нам же здесь только переночевать. Зачем мне так много места? – спросила я.
Он загадочно улыбнулся и открыл дверь, ведущую на балкон. Все дело было в виде. С такой высоты казалось, что город принадлежит только нам. В атмосфере, в его общем виде было что-то особенное – удивительное сочетание элегантной старины и современных экстравагантных и даже кричащих построек. Рядом с высокой каменной башней средневекового готического собора высился стеклянный небоскреб. Он, как фонтан воды, расширялся в стороны на верхних этажах. На главной площади, в двух кварталах от нашего отеля, рядом с белоснежным собором с искрящимися на солнце гранями высокого купола была установлена черная стальная конструкция – памятник глобализации, по форме напоминающий шар или, скорее, мягкую тянущуюся детскую игрушку, смятую в форме шара. Смешение нового и старого, классических основ и свободных взглядов, как мне казалось, отлично отражало наш современный мир. Я облокотилась на ограждение и посмотрела вниз – мне нравилось наблюдать, как привычные вещи смотрятся с непривычного ракурса. Ровно подстриженные липы, растущие вдоль улицы, с нашего балкона были похожи скорее на маленькие кустики где-нибудь во французском садике, нежели на многолетние деревья, а на фирменной кепке швейцара, стоящего у входа в отель, красовалось большое белое пятно – небольшой сюрприз от пролетающей мимо птицы.
Пол обнял меня сзади и, убрав мои волосы на другое плечо, нежно поцеловал в основание шеи. Я блаженно прикрыла глаза, позволяя мурашкам сделать легкий марш от пяток до макушки.
– Только в этом номере есть веранда, – прошептал он мне на ухо. – И говорят, вечером здесь еще красивее.
Я с улыбкой развернулась к нему:
– То есть ты хочешь сказать, что снял этот номер, чтобы остаться со мной наедине…