Вот тут она права — дел бы я наделал столько, сколько им и не снилось… Но увы! Впрочем, имеющейся во мне маны Осколка вполне хватало как раз выдать что-то на уровне ранга пятого с плюсом, может даже близко к шестому. Но один раз.

— Её Высочество у себя?

— У себя, сейчас доложу.

Но едва полковница успела подняться из-за стола, как дверь в кабинет командующей распахнулась, и на пороге показалась сама Ольга. В генерал-полковничьей форме со всеми регалиями, коих набралось весьма немало, впрочем, верх кителя был не по уставу растёгнут, а портупея снята.

— Явился — не запылился! — ворчливо произнесла она. — Засел в этом своём лагере на месяц — хоть бы разок зашёл, поделился успехами.

— Так Ваше Высочество, все, до единой, минутки посвящал подготовке новобранцев! Чтобы рота была как можно быстрее готова.

— И куда ты так торопишься?.. — протянула княжна.

Этот вопрос заставил меня слегка напрячься, но продолжать та не стала, только развернулась, проходя внутрь, и небрежно бросила:

— За мной.

— Слушаюсь! — тут же шагнул я следом, бросив взгляд на адъютану. И плотно прикрыл за собой дверь.

Вообще, поведение великой княжны было непонятным. Вроде и недовольство выразила, но как-то так, словно для проформы. Не как начальница подчинённому, а как жена мужу. Вот и дальше, вместо какой-то конкретики, она снова попеняла:

— А ведь ты — мой паж! И не ври, не каждую минуту ты подготовкой занят, ещё и к учёным ездишь, мне докладывали.

Расстегнув китель до конца, княжна со вздохом облегчения опустилась на любимую козетку и пожаловалась:

— Терпеть не могу форму, всё сдавливает! И что стоишь, садись давай. И вина…

Она сама откупорила бутылку, и наполнила до середины два бокала на низком столике.

Возникло ощущение дежавю. Маман с отцом, бывало, тоже так разговаривала, когда была не в духе. Отец, кстати, в такие моменты свой норов умерял, и княгине не перечил. Интересно, к чему бы это?..

Мысленно пожав плечами, я сел в кресло по правую руку от великой княжны, взял бокал, чуть пригубил и, откинувшись на мягкую спинку, приготовился слушать. Та тоже отпила, но начинать разговор не торопилась, задумчиво отведя взгляд в сторону.

Так мы и сидели, небольшими глоточками попивая тёрпкую жидкость, пока бокалы не показали дно и, только наполнив их повторно, Ольга, наконец, произнесла:

— В столицу тебе надо ехать.

— Зачем? — слегка удивился я.

— Указание Её Императорского Величества. А она даже мне не докладывает.

— И даже намёка никакого?

— Представь себе! — хмыкнула. — Могу только сказать, что императрица по пустякам не вызовёт. Да, я еду тоже, и твоя напарница, Иванова. Экзамен на четвёртый ранг сдала, теперь получит личное дворянство из рук Её Величества.