Но тонкое воздействие было совсем другой штукой. И тут сложилось несколько факторов. Взломать подобный щит моему наставнику в этом деле хватило бы умения, но не хватило бы маны, а какому-нибудь магистру магии хватило бы маны, но не хватило умения. А вот у меня было и то, и другое.

Расскажи кому, что вершину магической защиты светлых можно снять с помощью презренных воровских ухваток, покрутили бы пальцем у виска, но мои очень тоненькие магические щупы, меж тем, успешно расползались по кокону защиты, пролезая между плотными жгутами плетения, всё ближе подбираясь к узлам. Снимать их надо одновременно, иначе защита отреагирует, меняя конфигурацию, и придётся всё начинать заново.

Наконец, я достал до всех семи звёзд, которые практически обжигали тонкие жгутики моей маны. И вот тут на помощь пришла последняя разработка тёмных магов Империи. Ёмкое заклинание, разом скушавшее десятую часть моих запасов. Эфемерные паучки побежали по жгутикам, чтобы затем впиться своими тонкими лапками в узлы, запуская сложный каскад метаморфоз. Минут пять ничего не происходило, а затем кокон мигнул, сначала раз, затем снова, заморгал чаще, и в один миг со звоном лопнувшей струны исчез. Правда, я тут же обнаружил на месте узлов вновь медленно разгоравшиеся звёзды, что значило, что щит скоро снова восстановит свою целостность, подключённый к подпитке. Но десять минут у меня было, и я, примерившись, нашёл под толщей камня пустое пространство и, сформировав в ладони сгусток клубящейся тьмы, запустил туда. Столкнувшись со стеной, тот расплескался ровной полутораметровой окружностью абсолютной черноты, словно оком бездны, притягивавшей взгляд и создававшей ощущение глубины. Отчасти так оно и было.

Подойдя, я сунул в неё руку, и та без труда погрузилась по самый локоть.

— Ну вот, и ломать ничего не надо.

Одно из заклинаний, созданных Госпожой. Камень под кругом никуда не исчез, но само пространство в этом месте исказилось, создав проход. И да, ассоциации с бездной были вовсе не пустыми, здесь и сейчас это действительно была частичка неопознанной пустоты, с которой отваживались работать единицы, и ещё меньшему числу удавалось после этого остаться собой.

— Внутрь! — скомандовал я, подавая пример, и первым запрыгнул в темноту, оказавшись на одном из нижних этажей башни, подвинулся, давая следом быстро заскочить Ольге и десятку её телохранителей, от которых в не самом большом помещении сразу стало тесно.

— Не жмёмся, не в бане, — хохотнул я.

— Темно, — пожаловался кто-то, и я хохотнул ещё раз.

— Бабайки тут тоже нет, и вообще, живых я тут не чувствую, как и тварей.