— Ты прав, сын. В сложных ситуациях мысли сердцем.

— Да чтоб тебя…

— Мастер, это бесполезно. Я раздражался первые десять тысяч лет, потом смирился. Советую вам не тратить столько же времени.

— А ты вообще молчи! — тычу пальцем в череп. — Я знал, что ты не святой, знал, что ты тут эксперименты ставил какие-то, измывался над девственницами… Но всему должен быть предел.

— Наивный вы, мастер. Границы всех пределов для вас размыты до пределов, которые для вас размыты. О, забавно я сказал, надо запомнить. В общем, если опуститься до уровня вашей дешёвой морали, то скажу так: каждый из этих хранителей заслужил страдания, которые даже я не смог бы придумать. Это младшие боги, которые не смогли развиться дальше, но зато развили в себе все человеческие пороки, умноженные на миллиард. Они считали себя безгранично могущественными, а значит, вечно безнаказанными. Кто будет вершить суд над такими выскочками, а? Их было семеро. Даже старшие боги не решались в одиночку влезать в разборку одновременно со всеми ними. Скажу ещё, что, в отличие от старика, я знаю, что такое «необходимая жертва»!

Голос Кости разносится громом по анклаву.

— Поэтому я смог оказать триллионам жизней великое одолжение! Из всех богов только я решился! Только я свершил наказание, достойное их проступков! Я стал их судьей! А где был старикан, а? Наблюдал, как он обычно и делает! Но вот сейчас он решил действовать. Освободить ублюдков из их тюрем. И освободит, не сомневайтесь. Ещё раз, где он был, когда я пожертвовал всем ради тупых людишек? Я — тот, кто освободил миры, которые хранители хотели принести в жертву! Я, а не испорченный божественной моралью старик, спокойно наблюдавший за тем, что они вытворяли! И сейчас он решил зашевелиться и… та-дам… освободить их! Так что теперь ответьте мне, мастер, кто из нас более великое зло? Я вру, но вы знаете, что я вру. Я честен, когда надо, и лжив, когда не надо. Я открыт, прям. А кто он? Загадочный божок в драных одеждах, зачаровывающий вас примитивным языком Варгона. Он говорит вам, что я плохой, а он хороший. Нет, мои дорогие друзья, не мне место в аду, в который я попал. Не тому, кто отдал всё, чтобы спасти, пока ОН… просто наблюдал. Место там тем, кто хочет освободить великое зло. Ну вперёд, давайте выпустим из темниц маньяков, убийц, насильников, мародёров, трупоедов, детопотрошителей, котоубивателей. А чё нет? Они и в миллионной части не навредили Вселенной так, как это сделали хранители.

Ого. Прорвало стояк в деревне…

Подхожу к Ионе, пальцем касаюсь подбородка, закрываю ей рот. Впечатлительная. Ещё не привыкла к «мотивационным» речам богов. Наверное, только что опять поменяла для себя объект веры.