— Риск есть, — кивнул я. — Но выбор у меня предельно простой: либо я сохраняю статус-кво и готовлюсь к войне с тобою, австрияками и турками, либо договорюсь с тобой, и тогда мы будем воевать спиной к спине против французов, австрияков и турок. Англичане в первом случае станут моими союзниками, и, возможно, в случае победы даже позволят мне освободить кусочек славянских народов Балкан, приняв их в мою Империю, но это будет означать хождение по граблям — Российская Империя снова будет воевать за интересы англичан. Как видишь, обе конфигурации для меня вполне приемлемы, но союз с тобой позволит вырваться из этого порочного круга и начать уже проводить ту политику, которая сулит настоящими победами, а не репарациями и стратегически никчемными кусочками территории.

— Проливы и Константинополь, — расписался в понимании Вильгельм.

— Проливы, Константинополь, Балканы с тамошними славянскими народами, возможность более качественного сотрудничества с Индокитаем, — поправил я. — О судьбе последнего предлагаю поговорить более предметно при участии японского посла — разграничим сферы влияния и не станем друг другу мешать. Я возьму больше, но взамен не стану тебе мешать пользоваться Африкой. Разумеется, перешедшими под мой контроль проливами твои корабли смогут пользоваться свободно и по очень приятной цене. Касательно размещения боевого флота в Средиземноморье тоже поговорим, и, уверен, найдем компромисс.

— Ты получишь гораздо больше, чем я, — проявил жлобство Вильгельм.

— Я получу Босфор, Дарданеллы и Суэц, — кивнул я. — Получу Балканы. Но это красиво и выгодно выглядит только на карте, — указал на карту бокалом. — Тамошние жители столетиями пускали друг дружке кровь, там несть числа радикалам и безумцам всех мастей, и удержание и приведение к порядку этих территорий поглотит много десятков лет и выльется в чудовищные расходы. Окупится это все минимум за половину века. Индокитай еще интереснее — чтобы построить и содержать железную дорогу от нас до Индии, придется долго и муторно приводить к покорности богатую россыпь горных народов, работать в чудовищно неприятных условиях и рубить миллиарды тон породы. Все, что я получу по итогам Большой войны, начнет приносить мне пользу очень нескоро. Кроме того, у нас ведь многовекторные отношения, и я не настолько глуп, чтобы сомневаться в возможности вырвавшейся по итогам войны в мировые лидеры Германии создать мне проблемы, если я захочу взять больше оговоренного. Предлагаю обсудить и другие проливы.

— Пять ключей, запирающих мир, — покивал Вильгельм. — Босфор, Суэц, Ла-Манш, Малаккский пролив, Гибралтарский пролив.