Сидящий в соседнем кабинете филер Федька закончил стенографировать беседу, вынул из уха широким концом упирающуюся в перегородку трубку, которая позволила услышать разговор от начала до конца, положил ее в сумку, блокнот — во внутренний карман, и в прекрасном настроении принялся за остывшие, но все еще вкусные щи. Полковник Курпатов будет очень доволен!

* * *

Встреча со Второвым позволила мне вытряхнуть неприятное послевкусие после Гинцбурга и разговора с Дурново об этичности государственных служащих и вредности отсутствия дополнительных источников информации «с мест». Полчасика потрепавшись о делах иркутских — зоопарк уже запущен и радует посетителей самыми настоящими обезьянами, которыми «экзотическая» часть экспозиции пока ограничивается — я перешел к делу и спросил прямо:

— Александр Федорович, я — реалист, и понимаю, что работать в убыток даже для предельно преданного Империи человека, коим вы без сомнения являетесь, вредно. Предлагать вам убыточных проектов я не стану, однако должен понимать, что именно предложить к обоюдной для вас и Империи выгоде. Сколько денег вы можете позволить себе инвестировать без ущерба вашим делам и с расчетом на получение первых прибылей, причем весьма скромных, не ранее, чем через два-три года?

Химическое производство — это хай-тек, и даже при закупке оборудования и критически важных специалистов за бугром, выходить на нормальные мощности и отбивать затраты оно будет годами.

— Я высоко ценю вашу откровенность, Георгий Александрович, — отвесил поклон Второв. — И клянусь оправдать доверие, которым вы меня удостоили. Благодаря вам мне и моим партнерам удалось хорошо заработать. Не столь хорошо, как отдельным мошенникам и задиравшим цены на анилин мерзавцам со всего мира — мы на людских жизнях греть руки не стали, но в течение месяца я смогу собрать восемь-девять миллионов. Ежели получится заинтересовать некоторых проверенных компаньонов, к зиме мы сможем предоставить вдвое большую сумму, — вздохнув, он смущенно отвел глаза. — Боюсь, это — всё, ежели учитывать озвученные вами условия.

Мировой анилиновый кризис больно ударил по текстильной промышленности, и без него Второв заработал бы гораздо больше. Что ж, сибирий того стоил — проблемы решатся, а лекарство останется.

— Признаюсь, я рассчитывал на меньшее, — приободрил я князя улыбкой. — Условие «без урона делам и угрозы разорения» — ключевое, Александр Федорович. Вы уверены, что оно будет соблюдено? Я намерен работать с вами к обоюдной выгоде многие годы, а потому прямо заинтересован в вашем финансовом благополучии.