В Императорской ложе было ожидаемо хорошо — уютный полумрак, удобные кресла, потолок над нами порадовал росписью, а я питал осторожную надежду на хорошо проведенный вечер — мой опыт посещения провинциальных театров и даже московского Большого навел на простую, но лично для меня грустную мысль: всё в этом мире развивается, и театральное искусство — не исключение. Выборка моя состоит в основном из спектаклей, и к ним у меня вопросов нет — нужно быть полнейшим бездарем, чтобы похерить «Ревизора» и соразмерные ему по мощности вещи. Балет за моими плечами всего один — смотрел в Большом и остался недоволен, что, впрочем, привычно скрыл. Надежды подпитывают слухи о том, что хореограф, мол, в Большом нынче слабый, а нормального найти ему на смену не могут.

Столичным балетом рулит Мариус Иванович Петипа — мы с ним в фойе немного поговорили — и мнение об его талантах у всех без исключения самое лестное. Балет в целом сейчас проходит стадию становления академической школы — считай, принимает свою каноничную форму, которая сохранится и до моих времен. Большевики, при всем обилии к ним вопросов, театр понимали, ценили и смогли не только сохранить наработки предшественников, но и развить его.

Свет выключился, на сцене добавилось огней, зал затих, и пошла «Спящая красавица» Чайковского.

Что ж, нужно смотреть правде в глаза — московский балетмейстер может и не очень, но Петипа не шибко-то далеко от него ушел. Проблема, на мой придирчивый взгляд, в кадрах: толковая балерина или ее коллега-мужчина, если перед ними поставить выбор, конечно же предпочтет столицу. Но кое-что исправить одними личными умениями невозможно. Я — не фанат избыточного эротизма, но платья на дамах слишком длинные, и это мешает рассматривать движения. На последних, если что, балет целиком и завязан — это же танцы. Имелись вопросы и к комплекции балерин — диеты и методика тренировок тоже будут развиваться, и размеры дам порою мешали легкости и пластике — а это тоже критически важно для балета. Дочери и внучки нынешних балерин, если родители захотят девочкам такой жестокой судьбы, будут балеринами совсем другого уровня. Добавить сюда конкуренцию в виде широкой сети кружков и профильных студий, и за тридцать-сорок лет вот такой «Спящей красавицы» увидеть будет невозможно даже в глухой провинции.

Многие, даже в эти времена считающиеся классическими па балеринам удавались неплохо. Некоторые, требующие физической силы, выносливости, гибкости и скромного веса — с трудом. Там, где в мои времена по сцене буквально летали, касаясь пола носочком ноги на какие-то доли секунды, здесь и сейчас отбивали «чечетку», почти перекрывая оркестр. Преувеличиваю, конечно, но это из-за плохого настроения.