Спокойно (в недавнем прошлом) заключенная договоренность об аренде Валаама в нынешней движухе сыграла свою роль, став одним из тезисов сторонников Сейма — вот мол, дума-то наша, продает финскую землицу задешево. Стенограммы речей и скандирований на площадях мне возят, и накал страстей не оставляет мне возможности просто прийти туда и поговорить с финнами. Здесь не о трудовом кодексе и скотстве промышленников речь, здесь народ заботит большой пакет привилегий, в котором кровно заинтересована вся финская верхушка. Пока члены Сейма и их протеже фильтруют базар, ссылаясь на то, что «пакет» был дарован царями, а финны за это «верою и правдою». Подтверждают потешным местным ополчением, экономической стабильностью и лояльностью населения. Интересный выверт конечно — «вы нас на руках носите, а мы, так уж и быть, не станем бунтовать». Бунт заведомо обречен на провал — даже если случится чудо, и шведы решат вписаться за бывшую свою территорию, это не война будет, а так — по тренировочным мишеням пострелять да принять пару тыщ пленного шведского десанта.

Отпив горячего кофе, я улыбнулся уютно трещащей печке-буржуйке. Хорошо сижу, но время-то к обеду, а значит нужно оформить еще один «вброс», потому что члены Сейма как-то не спешат преклонять колени перед оцеплением — в этом случае я, так уж и быть, снизойду до разговора с ними. Качайте лодку на здоровье, а я буду тихонько дырявить в ней течи и воровать снасти.

— Журналюгу!

Не очень здорово, что борзописцы получаются «одноразовыми», но в Финляндии им жить после отработки «вброса» все равно не дадут — та еще условно-демократическая автономия у них тут.

— «Его Императорское Величество с недоумением воспринял многочисленные оскорбления Российского Престола и сепаратистские настроения Иоганна Филлипа Пальмена и принял решение освободить его от занимаемой должности вице-канцлера Александровского университета. Риторика бывшего вице-канцлера несовместима с идеалами, которых придерживается это овеянное славой учебное заведение».

Это первое.

— «Государственный совет с одобрением воспринял инициативу Ландтага провести расследование торгово-таможенных преступлений. Результаты расследования, вслед за финским Ландтагом, Государственный совет воспринял не иначе как „возмутительные“, и поэтому с готовностью ответил на призыв Ландтага уравнять таможенные законы Великого Княжества Финляндского с общеимперскими и передать контроль над грузоперевозками общеимперскому Департаменту таможенных сборов с зачислением не запятнавших своей репутации сотрудников в общеимперские штаты с сохранением чинов».