Англичанин кивнул:

— Разумеется, Ваше Императорское Высочество. Наша Империя велика, и, как и везде, в ней случаются подлецы. Если ваш купец не врет, я буду лично контролировать ход расследования.

Ага, изо всех сил спускать на тормозах, особенно если плантатор-маньяк (а как еще такие забавы объяснить?) окажется дворянином. В Англии с равенством перед законом значительно лучше, чем у нас, но исключения бывают везде.

— Никки, даже если купец — обманщик, я считаю нужным отреагировать на обнаруженные проблемы, — заявил я. — Нужно открыть наши консульства во всех торговых городах, куда ездят подданные Империи. Потеря документа, векселя, денег — любая из этих неприятностей приведет к тому, что наши люди будут вынуждены надеяться лишь на Божью помощь. Милость Господа велика, но стоит ли его беспокоить подобными пустяками? Как минимум билет до дома нашим подданным мы обеспечить должны.

Николай, будучи православным цесаревичем, в заботе о подданных схватку с собственной ленью выиграл быстро:

— В чужой стране, без денег, без бумаг, без верных друзей — поистине ужасное положение! Завтрашним утром составим Его Императорскому Величеству телеграмму.

Может когда захочет! И замечательно — чем больше хорошего я за его спиной или с одобрения сделаю, тем охотнее Никки будет подмахивать дальнейшие инициативы. Про «пиар» в эти времена мало кто задумывается, но чем меньше в стране проблем — а их «разруливание» наш народ привычно вешает персонально на Царя — тем меньше мощь социалистической пропаганды. В моей реальности эффективность системы при Никки последовательно деградировала, воровство цвело и пахло — это, впрочем, всегда так — а народ наблюдал, как его непосредственный защитник от козней злых бояр на народ не сильно-то внимание и обращает. А много ли тому народу надо? Чуть-чуть помог тут, немного — там, снял пару градоправителей, отправил на каторгу какого-нибудь высокородного ворюгу, и все: по всей Империи понесутся слухи, что Царь о податном населении радеет так, что кушать не может. Особенно если эти слухи будут составляться и распространяться специальными людьми на зарплате.

После ужина я вернулся в номер, дал слугам себя переодеть и выслушал отчет Карла о похождениях моего «торгового представителя».

— На тысячу с половиною купили-с дивной красоты перья. Кирил Петрович говорили — для шляп дамских. Також покупали сами шляпы — на восемьсот рублёв. По возвращении Кирил Петрович обещали-с открыть мануфактуру — перья да шляпы вместе складывать.

Чудовищные суммы! Но модниц в Империи много, шляпки с перьями покупать будут.