— Полагаете, посол навлек на себя гнев Наследника? — уточнил Очень Важный Японец номер два.

— Мы не можем утверждать наверняка, — признал первый. — Однако второй принц явно очень недоволен действиями Шевича. Полагаю, он имеет на наследника бо́льшее влияние, чем Шевич.

— С вашим утверждением сложно спорить, — поддержал «ОВЯ» номер три. — Русская Империя огромна, и дипломатов у них много. Осторожно предположу, что как минимум второй принц не хочет войны — это приведет к большой ссоре с нашими покровителями, англичанами. Гораздо разумнее списать эскалацию на Шевича и с позором вернуть его обратно на Север, где этому варвару и место.

— Его Высочество Арисугава-сама считает так же, — подтвердил ОВЯ номер один. — Его мудрое суждение подтверждает распоряжение второго принца о переносе той проклятой беседки на задний двор посольства Северных варваров. Второй принц предъявил бумагу, согласно которой на время нахождения на наших землях он уполномочен выполнять посольские функции.

— Кто еще хочет высказаться? — спросил Глава Комитета.

Захотел ОВЯ номер семь:

— Мудрость и знания многоуважаемого принца Арисугавы-самы об окружающем мире бесспорны. Однако я позволю себе обратить ваше внимание на изящный намек второго принца о готовности высадить на наши берега «любителей красоты».

Двадцать минут спустя решение было принято:

— Решено: с учетом последовавших за посещением типографии событий отнестись к намеку второго принца спокойно, но с надлежащей бдительностью.

Обсуждение продолжилось:

— Таким образом, можно с немалой долей уверенности заявить, что посещение Городского совета заставило второго принца скучать, и он согласился его посетить только ради того, чтобы предоставить нам официальные объяснения нежелания Наследника спускаться на берег. Предположу, что Шевич не лгал в своих заявлениях о высоких покровителях в Петербурге — из-за их интриг Наследнику пришлось искать компромисс, в результате которого на берег сошел второй принц.

— Я склонен с вами согласиться — наши наблюдатели только за сегодняшний день доложили о двух малых судах, передававших на «Память Азова» почту. Позволю себе предположить, что второй принц до прибытия в Японию мог не подозревать о спровоцированной Шевичем эскалации, но много занимался с консультантами — иначе объяснить его невероятные для гайдзина знания о наших традициях, а тем более знание языка, невозможно. В отличие от Шевича, второй принц смог понять подаваемые нами сигналы правильно, и понять, что мы не желаем войны с Россией.

— Ключевой причиной эскалации стало желание Шевича влезть в наше законодательство, — добавил другой ОВЯ. — Толика вины за случившееся лежит на нас, и принц это признает, поэтому нашел приемлемый для обеих сторон способ повлиять на внутреннюю жизнь Японии, не притрагиваясь к законам и ко всеобщей выгоде.