По всему разбойному берегу покатились самые дикие слухи, умножаясь деталями от деревни к деревне и от корабля к кораблю. Когда сплетни дойдут до восточных портов Тархунтассы, выяснится, что я этому гребцу дал талант золота и сделал его своим зятем. Так мне, похохатывая, царица Поликсо рассказала. Она каждый вечер ко мне приходит, чтобы поболтать. Ну и заодно, чтобы разжиться оперативной информацией. Баба она хитрая, и из пазлов картину сложить может на раз. Даже жалко, что ее убить когда-нибудь придется. Только вот я понятия не имею как. Клятва такая, что ее не обойти. А если я ее нарушу, мной мои же воины брезговать будут. Получится ведь тогда, что и им присягу нарушить можно. Ну вот, Поликсо… опять приперлась.

— Пошли отсюда, бездельники! — услышал я. — Царь! Эй, царь! Ты живой там?

— Я умер, а значит, ты нарушила клятву. Теперь боги покарают тебя, — ответил я, и она захохотала, потрясенная моим остроумием. Оно для этого времени было совершенно феерическим.

— Вина хочешь? — спросила она, устраиваясь на чурбаке, с которого только что согнала собственного стражника.

— Не хочу, — ответил я.

— Ну, как знаешь, — она не стала настаивать и шумно отхлебнула. Микенский обычай разбавлять вино водой сюда еще не дошел.

— А скажи мне, — спросила она помолчав. — Вот зачем тебе это все? Неужели мало тебе?

— Да мне самому вообще ничего не нужно, — ответил я. — Я в походе из общего котла ем. Вместе с воинами. И на простой кошме сплю.

— Тогда куда тратишь все? — наивно спросила она. — У тебя же все золото мира скоро будет. Половина купцов на море под тобой ходят.

— Храм Великой матери строю, — ответил я. — Я даже не знал, что он дорогой такой. Я уже думаю, что из чистого серебра он дешевле получился бы.

— А на кой он тебе? — сморщилась Поликсо в невероятном умственном усилии. — Мы вот жертвенниками обходимся и священными рощами, как отцы и деды наши обходились. Большие храмы у хеттов были, и где они сейчас? Не помогли им эти храмы.

— Чем больше храм, тем больше удачи, — отрезал я.

— Ну и где твоя удача? — захохотала царица. — Ты же в яме сидишь!

— Так я его еще не достроил, — логично возразил я. — А Морской бог, которому я на Сифносе храм возвел, мою жизнь в бою спас. Не потому ли твои корабли опоздали, царица? Он и задержал их. Боги, знаешь ли, тоже не всесильны. Никакой бог не поможет, если у врага кораблей в восемь раз больше. Так что я, как отсюда выйду, Посейдону жертвы богатые принесу. Он меня в который уже раз уберег.

Поликсо озадаченно засопела и надолго замолчала, переваривая полученную информацию. Она от меня каждый раз озадаченная выходила, озаренная каким-то новым знанием. В том, что боги благосклонны к тому, кто дает им больше, она не сомневалась ни секунды. Она же язычница, а у них с богами отношения строятся исключительно на взаимовыгодной основе. Если бог не дает нужного, человек вправе найти себе другого бога. Первой заповеди Моисея тут еще не знают.