Кого я не ожидал встретить перед домом дамочки-убийцы, так это подполковника Рыкова. Сноходец предупредил, что в квартиру с зеркалами я пойду не один, и что он усыпит красотку. И я как-то сам додумал, что наводчик сновидений выступит моим напарником. Ошибся.

— Семен Ильич, — пожал руку служивому. — Неожиданно.

— Чеслав взялся за большое дело, — ровно ответил подполковник. — Нужное. Обладатели осколков постепенно теряют себя. Поначалу это провалы в памяти, а по приходу в чувства находят рядом тела убитых близких или гостей, причем нередко уже расчлененные. Уже случались прецеденты.

Я коротко кивнул, подтверждая, что согласен: необходимо очистить город от зла-в-отражениях.

— Чем дальше, тем хуже, — продолжил законник. — Если первое убийство прошло безнаказанным, то за ним следует второе, затем третье, четвертое… Владелец становится марионеткой осколка, как полностью подчиненный придаток.

— Кормилец и поилец, — я вспомнил сон с зеркалами.

Зеркало, пьющее кровь — это не то, что можно легко «развидеть».

— Я бы сказал: кукла, приводящая пищу своему кукловоду, — переформулировал Семен Ильич. — И молодежь на встречу с кукловодом, у которого и тела-то нет, не пошлешь. Наломают еще дров… То, что нельзя перепоручить, следует исполнять самому. Идемте?

Мы прошли под арку, миновали узкий двор, проследовали в парадную. Я угадал: дом был из старых, еще во времена Петра Первого возведенных. Но по обшарпанному состоянию парадной это был тихий ужас. Никакого сравнения с прелестными кариатидами в парадной, где живет Палеолог. Да даже с родительским домом, где попроще внутреннее обустройство, не сравнить.

Скорее всего, дом сильно пострадал от бомбежек. Немало их таких осталось после войны: фасад вроде бы держится, а внутри руины. Где смогли, подлатали, где нельзя подлатать — перестроили… Город выстоял, не утратил дух. Но и прежним остаться не мог.

Дверь Семен Ильич вскрыл буднично — ключами. Полагаю, дубликатом. Явно загодя готовились к «мероприятию». Прихожая, коридор, несколько дверей. За нужной нам — знакомая по сновидению спальня.

Кровать, зеркала и владелица. Последняя мирно дрыхла. Свернулась в клубочек, что тот котенок, улыбалась во сне. Так и не скажешь, что эти ладошки сжимали прежде орудие убийства.

— Перво-наперво следует определить вместилище зла, — выдал ценное указание подполковник. — Это ваша часть работы, Андрей.

— Конечно, — кивнул. — Постараюсь не шуметь, хотя не обещаю.

Когда мне снился пожар в Зимнем, зеркало натурально разговаривало, нашептывало всякое испуганным гвардейцам. Черт его знает, на что способны его «прикормленные» осколки.