Анастасия Николаевна лично изготовила зелье для безутешной матери. Веню хоронили в закрытом гробу. Не только из-за вывернутой шеи. Тело держали в доме, да по июньской жаре…
Валентина перестала выходить за пределы забора, и Борю не отпускала от себя. Все внешние дела и покупки взял на себя Олег, глава семьи. Через месяц после похорон первого сына почерневший Олег снова появился на крыльце старой ведьмы.
Боря просто не проснулся тем утром. Чего стоили мужику вторые похороны подряд (не про финансы речь), сложно вообразить. Валентина, похоже, окончательно утратила связь с реальностью. После всего Жорины уехали: Олег буквально впихнул воющую жену в машину.
На годовщину Олег приехал один. Выглядел плохо, до деревни добирался, похоже, на перекладных, общественным транспортом. Анастасия Николаевна предположила, что дела у него пошли не очень, потому как голова была занята другим. Горе придавило.
— Я пропустила его отъезд, — завершила рассказ о семейной трагедии вящая. — Жаль их. И ушедших, и тех, кто остался с этим жить. А с домом после того, как Жорины съехали, стало… непонятно. То птиц дохлых у забора найдут, то чья-нибудь животина пропадет. Пошли шепотки. Я ходила, смотрела. Хладно и горестно, так скорби в доме столько приключилось. Запретила всем приближаться без нужды и особенно соваться внутрь. Постоит домина, все само уладится со временем.
— Яре тоже запретили? — скептически выговорил я. — И как, сработало?
— Ей много дозволено и мало дадено розги, — нахмурилась бабушка Яры. — Удумала она на храбрость испытать себя да приятелей. Испытала…
— И теперь вы решили кардинально подойти к решению проблемы, — озвучил я посыл, с которого весь разговор и начался. — А почему вы сами не…
— Мертвое, — перебила меня ведьма. — Не по мне. Мне бы живое удержать, порядок в округе. Взялась бы, куда деваться, да тут ты…
— Такой красивый, — уже я ее перебил, не сдержался.
— Добрый молодец, ликом красен, сутью ярок, — чуть заметно усмехнулась вящая. — Выжги дом. Огонь очищает. Я в долгу не останусь. Слово даю.
Наверное, я бы согласился. И не для получения преференций от ведьм, а ради здоровья детей, душевного и физического. Реально, Мишка тоже трясся бы сегодня в ужасе, не утяни мы его с собой на посиделки у костра.
Меня остановили искорки: легкие ало-золотые просверки перед глазами на последних репликах Анастасии Николаевны. Конь огнегривый давал понять, что не все, говоримое ведьмой, истина. Мир Ночи не лжет, однако, можно умолчать о какой-нибудь мелочи или чуточку сместить акценты.
— Мне нужно подумать, — дипломатично сообщил я. — День-другой. Посоветоваться. Тянуть с решением не стану, равно как и суетиться.